Имперец. Живыми не брать!

— У нас в ориентировке перечислялись похищенные у сотрудников суда вещи… так там числилось несколько мобильных телефонов. Мы их сразу же на контроль поставили.

— Сотрудники техотдела говорят, что один из них сегодня выходил в эфир!

— По пеленгу — в здании суда!

— Кому звонил? И как долго продолжался разговор?

— Несколько раз звонил на один и тот же номер. Принадлежность не установлена, в базе данных его нет. IMEI аппарата тоже неизвестен.

— Продолжительность разговоров?

— По-разному. От пяти до двадцати минут.

— А где находился второй абонент?

— Там же. В здании суда или рядом. На той же улице.

— Чей телефон выходил в эфир?

— Адвоката потерпевшего Зай Виктора Иосифовича.

— Да, господин полковник.

— И, должно быть, дорогой аппарат-то…

— «Нокия», последняя модель.

— Ну, что ж… Где этот Зай сегодня был?

— Приезжал в суд. Как долго там был, сказать трудно. Но… раз жалобу подавал да заявление от имени своего клиента писал — часа полтора-два он там точно потерял.

— Жаловался-то он на что?

— На приставов, мол, клиента не защитили.

Охраны вооруженной своему клиенту требовал — теперь, говорит, он ценный свидетель, и государство должно его охранять! За государственный счет! Чтобы если что-то валить Волина сразу. У клиента сильное сотрясение мозга и многочисленные переломы костей рук и ног. Да пара ребер… Еще одной встречи с Волиным он точно не перенесет.

— А еще говорят — в полиции жестокие люди работают… — проворчал под нос полковник. — Иосифович?

— Так точно, товарищ полковник!

— Ну, что ж… умный мужик, ценю.

Заметь, старший лейтенант, ему одному по рылу не дали! Он, надо думать, свои выводы сделал из того. Прикинулся ограбленным — мол, и меня тоже обчистили. Отвел от себя подозрения в сговоре с нападавшим, молодец! Но телефон дорогой пожалел…

— И что теперь делать, господин полковник?

— Закажи распечатку звонков. Если он куда-то домой звонил, я его этим материалом припру к стенке. («И будет еще один „обязанный“ адвокат», — мелькнула в голове полковника мысль.)

— Ясно, господин полковник, завтра же и напишу рапорт.

— Все? Ничего больше нет?

— Нет. Разрешите идти?

Вот и утро наступило…

Приоткрываю люк и подпираю его деревяшкой. Обвязываю свои вещи веревкой и просовываю ее кончик на улицу. Не так, чтобы совсем заметно, всего на пару-тройку сантиметров. Я-то знаю, что искать — отыщу.

Накинув синий халат, беру в руку ведро и пластиковый мешок. Типа — уборщик по делам идет. Они тут именно так и одеваются, так что сразу не разберут.