Империя «попаданца». «Победой прославлено имя твое!»

Там русские тоже добились впечатляющих успехов, да и местное болгарское, греческое и валашское население поголовно восстало против турецкого владычества, яростно поддерживая своих освободителей, православных единоверцев.

Горячее молодое сердце билось так сильно, словно норовило выпрыгнуть из его груди. Первый бой, как первая в жизни любовь, – всегда желанен, но не всегда милостиво обходится. А ведь Константин Петрович всего на пять лет младше Багратиона – но генерал окутан славой, как римский триумфатор тогой, а тут…

– Эти французы – исчадия ада! Как их только земля носит?! Они дерзнули не только лишить жизни своего монарха, но и поднять руку… Бедная и несчастная моя сестра…

Императрица непритворно всхлипнула, дряблые щеки задрожали, в поблекших глазах выступили слезы.

– Ваше императорское величество…

Английский посол склонился в поклоне, а сам тихо пожелал только одного – чтобы русская царица не впала в очередную истерику. Оная с ней часто в последние годы приключалась, особенно когда речь заходила о французах, что устроили у себя революцию и подняли руку, вернее, топор гильотины, не только на помазанника божьего, но и на его жену.

– Поверьте нам, ваше императорское величество. Мой король и лорды, весь парламент и народ, мы все с негодованием относимся к происходящему во Франции…

– Это все проклятые революционеры. – Императрица отняла платочек от лица – красные глаза смотрели с такой яростью, которую трудно было представить у женщины столь почтенного возраста.

– Они получат то, что заслуживают. Скоро все наши армии обрушатся на них… И раздавят, как мерзких клопов!

Посол внутренне напрягся – как бы не впала в истерику царица, ибо немецкая принцесса в ней давно исчезла, а взамен вылезла, как это говорят сами московиты, баба!

Императрица судорожно дернула головой, словно подзабыв хорошее германское воспитание и привитые с детства манеры.

– Ваша страна тоже перенесла революцию в свое время, но быстро опомнилась от этого кровавого безумия. Но вы, англичане, не французы – у тех ветер в голове гуляет всегда. Это они поддержали ваши мятежные колонии в Америке, что тоже исповедают гнусный республиканизм.