Цицерон утешался, представляя себе Антония с небольшой шайкой приверженцев, пробирающихся по неприступным узким горным проходам, и Децима Брута, который пытается их перехватить.
Только в тринадцатый день марта пришли известия от Децима — а потом, как часто бывает в подобных случаях, нам вручили не одно донесение, а целых три депеши. Я немедленно отнес их Цицерону в комнату для занятий; он жадно вскрыл футляр и прочел их вслух, по порядку. Первое письмо, от двадцать девятого апреля, мгновенно насторожило его: «Я постараюсь позаботиться о том, чтобы Антоний не смог удержаться в Италии.
Немедленно отправлюсь за ним».
— Немедленно? — переспросил Цицерон, снова сверившись с днем, указанным в заголовке. — О чем это он? Он пишет спустя восемь дней после того, как Антоний бежал из Мутины…
Следующее послание было написано неделю спустя, когда Децим уже находился в дороге:
Поспешно преследовать Антония я не мог вот по каким причинам, Цицерон: у меня не было всадников, не было вьючных животных; о гибели Гирция я не знал; Цезарю я не верил, пока не встретился и не переговорил с ним.
Вот как прошел этот день. На другой день утром я был вызван Пансой в Бононию. В дороге я получил известие о его смерти. Я помчался назад к своему маленькому войску, ведь я по справедливости могу его так называть: оно сильно уменьшилось и в самом дурном положении из-за недостатка всего. Антоний опередил меня на два дня: убегая, он делал гораздо большие переходы, нежели я, преследуя его, ведь он двигался в беспорядке, я — правильным строем.
Где бы он ни проходил, он освобождал заключенных рабов, хватал людей. По-видимому, он собрал достаточно большие силы. Намерение Антония, должно быть, следующее: направиться к Лепиду, если его примут."
"Если бы Цезарь послушался меня и перешел через Апеннины, я довел бы Антония до такой крайности, что он был бы уничтожен скорее голодом, нежели мечом. Но и Цезарю невозможно приказать, и Цезарь не может приказать своему войску — одно хуже другого. Боюсь, как бы не стали препятствовать мерам, какими можно было бы найти выход из нынешнего положения, или препятствовать, когда ты будешь искать выхода.
Я уже не могу прокормить солдат[158].
Третье письмо было написано день спустя после второго и послано из предгорий Альп: «Антоний в походе; он направляется к Лепиду. Ты позаботишься о том, чтобы те меры, которые там у вас понадобится принять, были осуществлены. Если сможешь, будешь бороться с недоброжелательностью людей по отношению ко мне»[159].
