Воздух плотными порывами выходил из легких с каждым сильным толчком. Кирон не останавливался, усиливал темп с каждым разом, целовал мою шею, сжимал грудь, терзая пальцами сосок. Я извивалась под ним, лишь усиливая удовольствие. Его огромный орган заполнял меня полностью, до боли в животе, до скрежета зубов, до замирания сердца. Сливаясь с ним воедино, я забывала обо всем на свете. Существовала только безудержная страсть, море порочной любви и наши тела, сплетающиеся в безумном танце. Я чувствовала себя по-настоящему счастливой рядом с диким и необузданным мужчиной, со сладкой истомой осознавая, что он принадлежит мне так же, как и я ему.
Две половины одного целого мы были созданы друг для друга. Никто и ничто не сможет этому помешать. Я буду любить его до последнего вздоха, и пока во мне теплилась жизнь, я хранила его образ в сердце, вбирала в себя его плоть. Мне безумно нравилось ощущение, когда наши мокрые от страсти тела переплетались, соприкасаясь кожей. Я любила впитывать в себя его запах.
Тогда я чувствовала, что принадлежу Кирону каждой клеточкой тела и души.
Я смотрела в его напряженное от страсти лицо и понимала, что больше не чувствую ног. Все ощущения скопились внизу живота. Он трогал, задевал оголенный нерв, выбивая из меня заглушенные стоны. Я содрогнулась всем телом, когда почувствовала разливающуюся влагу внутри и взлетела к небесам от нового оргазма. Кирон томительно медленно вбивал в меня свое семя, и я обмякла в его руках. Он выпил из меня все силы, что оставались для побега.
Глаза смыкались, веки наливались свинцом, но я будила себя, незаметно пощипывая запястье.
Когда же легла на грудь императора, обняв его торс, едва не провалилась в сон от ровно вздымающейся грудной клетки. Но вместо этого продолжала причинять себе боль и ждать, когда Кирон погрузится в глубокий сон.
Когда его веки перестали подрагивать, я начала медленно отстраняться, наблюдая за реакцией императора. По сантиметру, по миллиметру я вырывалась из жарких объятий, любуясь мужественным лицом мужчины, которого безумно любила.
Я не хотела расставаться с ним ни на секунду, но смех сына звоном стоял в ушах. Я должна сделать правильный выбор. Я его сделала еще тогда, когда нашла записку. Нет в этом мире ни одной силы, которая могла бы заставить меня бросить ребенка.
Вскоре я стояла у кровати, прижимая к груди порванную сорочку. В последний раз окинула Кирона взглядом, стараясь запечатлеть в памяти каждую черточку его спокойного лица.
