Я сжимаю губы, не в силах произнести ни слова. Да мне и не нужно. Он доводит меня до оргазма в течение нескольких минут, его пальцы искусно работают с моим ядром и клитором. Он словно знает нужные места, которые сводят меня с ума.
Пока я еще прихожу в себя, Дэниел снимает брюки и трусы-боксеры. Закидывает мои ноги себе на плечи и медленно входит, но так глубоко, задевая приятную точку.
Оргазм растягивается, пока он трахает меня нежно, не торопясь, заполняя меня полностью, прежде чем двигаться.
Мои вздохи и стоны наполняют воздух, так как ритм изводит меня.
Это так похоже на то, как он трахал меня в ту ночь одиннадцать лет назад.
После первых жестких и беспощадных, он не торопился, брал меня медленно, смакуя, а я, глупая, думала, что он занимается со мной любовью.
Похоже, я и сейчас глупа, потому что не могу выкинуть этот образ из головы.
Это слово.
Это ощущение.
Мое сердце взлетает, а тело оживает после стольких лет бездействия.
Желудок вздрагивает, и каждая конечность начинает двигаться в одном ритме с его, мои бедра вращаются, встречаясь с его силой.
И только когда я думаю, что кончу, Дэниел переворачивает нас.
Я задыхаюсь, когда он оказывается на спине, а я сверху. В этой позе он оказывается так глубоко внутри меня, что я чувствую его в своем животе.
Мои ладони лежат на его груди, на его татуировке боли и мести, а я вопросительно смотрю на него.
— Оседлай меня, Николь.
— Ч-что?
— Используй мой член, чтобы кончить. Я хочу видеть, как твоя грудь подпрыгивает, а волосы разлетаются от того, как сильно ты меня трахаешь.
Святое дерьмо.
Мое сердце не может этого вынести. И мое тело тоже, но я делаю это. Я приподнимаюсь, а затем опускаюсь на его член.
Он такой твердый и толстый, что это немного больно, но я приветствую жжение и повторяю снова и снова.
Как только я нахожу ритм, я отпускаю его грудь и хватаюсь за бедра для равновесия. Сначала Дэниел смотрит на меня с тем огнем, с тем вожделением и желанием, которые отражают мои.
Он пробегает взглядом по моей подпрыгивающей груди, по моим диким волосам и, наконец, по телу.
Затем хватает меня за бедра, его глаза сфокусированы на мне, и всаживается в меня снизу.
Ритм бешеный, а трение такое интенсивное, что я думаю, что потеряю сознание от одного только обещания удовольствия.
— Ты похожа на гребаную богиню, Персик.
Я кончаю, моя грудь сжимается от всех этих слов, прикосновений и всего, что между ними.
Но это не заканчивается.
