Я распущенная девица, питающая страсть к вину и вообще обладающая всеми возможными пороками и греховными пристрастиями. Теперь, получив мое признание, вы спокойны?
— Я вовсе не подозреваю вас во всех грехах и преступлениях, — укоризненно произнес Гелл. — Знаете, что я вижу, глядя на вас, Валерия? Южное происхождение, южное воспитание и южную дерзость.
«Сказала бы я, что вижу в тебе…» — мысленно ответила я, и чихнула еще раз.
Замок владетеля Тоглуаны не произвел на меня впечатления: это было угрюмое строгое сооружение из серо-коричневого камня, защищенное высокими стенами и глядящее на долину узкими оконцами-глазами.
Издалека замок казался не очень большим, но когда мы оказались за стенами, мне даже стало не по себе от впечатляющих размеров своей тюрьмы. Мощеный двор, переходы к многочисленным пристройкам, деревянным и каменным, арки… И люди, повсюду люди, почтительно приветствующие своего господина и с любопытством глазеющие на меня.
Совсем недавно я мечтала слезть с лошади, но стоило оказаться в самом сердце Тоглуаны, как слезать мне перехотелось, а захотелось вернуться под крылышко к милой доброй лларе Эуле.
— Добро пожаловать в Колыбель туманов, Валерия, — произнес с улыбкой Гелл, и помог мне спешиться.
— «Колыбель туманов»… как красиво, — сказала я и чихнула.
— Идемте, я представлю вас хозяйке замка. Она позаботится о вас."
"Супругой Брадо Тоглуанского оказалась женщина лет тридцати, одаренная ледяной нордической красотой: белейшая кожа с розовым подтоном безупречна, голубые глаза сверкают, как топазы, волосы – бледное золото.
Черты лица длинноваты, правда, да и ростом красавица не вышла, но это уже придирки.
— Эньора Валерия, — представил меня Гелл, когда его супруга вышла к нам. — Наша гостья.
— Просто Валерия? — уточнила снежно-белая красавица, приподняв тонкую светлую бровку. Она невзлюбила меня сразу, с первого взгляда – это невозможно было не понять, не почувствовать.
— Пока – просто, — ответил Гелл. — Эньора, — обратился он ко мне, — перед вами первая дама Тоглуаны, эньора Кинзия Гелл.
— Мое почтение, — сказала я, склонив голову.
Первая дама Тоглуаны еще раз смерила меня взглядом и, даже не постаравшись изобразить радушие, сказала:
— Вы, вижу, сильно утомились в пути. Следуйте за мной.
В замке не было сыро, и не было темно – огонь, «живущий» в факелах на стенах, освещал и обогревал серые стены.
