С возрастом она стала довольно тяжело выныривать из сна, ну да у кого с годами жизнь становится легче…
Потерев лицо ладонью, она прижала мобильник к уху и севшим со сна голосом рявкнула:
— Слушаю!
Голосовая программа пару мгновений озадаченно анализировала получившийся отпечаток — уж больно голос, пришедший через микрофон, отличался от эталонной записи, — но все же неуверенно разрешила доступ. В ухе раздался мелодичный сигнал открытия связи, и Долинская облегченно вздохнула.
Не хватало еще спросонья вспоминать цифровой пароль… Спустя мгновение в динамике раздался голос, который она никак не ожидала услышать.
— Дашуня?
— Да, Ваше Величество.
— Во-первых, поздравляю тебя с наступившим днем рождения.
Долинская оторопело бросила взгляд на табло, ну да, уже 0:03.
— Спасибо… я как-то совсем…
— Ничего, еще отпразднуешь, вокруг тебя столько галантных мужчин, не верю, что они позволят тебе забыть про этот праздник.
Долинская польщено улыбнулась:
— Ну, я уже в том возрасте, когда это уже не совсем праздник, или, даже, совсем не праздник.
— И все же, согласись, проводить его в одиночку, когда за неделю начинаешь гадать, вспомнит ли кто о нем или нет, не слишком приятно.
Долинская вздрогнула. Как точно он угадал! Именно такие мысли пока и удерживали ее от решения написать заявление.
— Дашуня, — Император перешел на деловой тон, — у меня есть для тебя работа.
Долинская усмехнулась:
— Что-то вроде этой?
— Нет, намного сложнее.
Дарья Александровна ответила не сразу. Но, когда она заговорила, ее голос был тверд и сухо деловит:
— Я слушаю вас, Ваше Величество.
— Нам надо начинать интенсивно готовить страну к войне…
Через сорок дней она спустилась по лесенке из вертолета и угрюмо уставилась на ржавое болотце, начинавшееся прямо у ее ног и тянувшееся до видневшегося в отдалении леса. — И это вы называете самой удачной площадкой?
Стоявший у нее за спиной высокий мужчина в летной тужурке со знаками различия шеф-пилота пробасил:
— Остальные еще хуже.
Здесь хотя бы до скального основания всего три метра, так что довольно легко установить причальные мачты, да и места для маневра достаточно. — Он решительно рубанул рукой. — В радиусе ста пятидесяти километров лучшего места нет.
Долинская вздохнула:
— Ну что ж. Тогда… утверждаю. Действуйте.
