"
"— Дело прошлое, — поморщился Семёныч, — три года уже, как мы разбежались по разным углам. Тут сложно сказать, почему конкретно… всё в комплексе навалилось… слишком сильно она опекала меня, наверно, а я как-никак вольный человек. Короче я выбрал свободу.
— Отношения-то между вами сохранились какие-то? Переписываетесь-перезваниваетесь или ножом острым всё перерезало? — спросил я.
— Редко, раз в месяц примерно, общаемся по телефону. Остались кое-какие совместные дела.
— А с Ольгой в этом смысле у тебя всё окей? Свободу не ограничивает?
— Мы с ней с самого начала договорились об этом, так что пока все пункты соглашения соблюдаются.
— Ясно, — вздохнул я, — я тоже вот со своей разлаялся примерно по той же причине. Но не до конца, может, опять сойдёмся.
— Ладно, ложитесь спать, — отвечал Высоцкий, — вам завтра опять домой рулить. А я пойду поработаю, надо новую песню до ума довести.
* * *Вы, наверно, спросите, не было ли чего у тебя ночью, Сергуня, с девочкой Мариной — так я вам отвечу, что таки нет, ничего не было.
Хотя попытка с её стороны была, не очень настойчивая, впрочем. Просто поговорили.
— Так о чем вы там с Мироновым-то беседовали так оживлённо? — поинтересовался я.
— Про кино, конечно, о чём ещё можно беседовать с Мироновым, — резонно возразила мне она и тут же похвасталась, — а он мне свой телефон оставил, представляешь?
— С ума сойти можно, — честно ответил я, — ну так куй железо, пока не остыло. Прямо завтра и звони.
— Не, завтра рано, — мудро заметила Маринка, — пусть помучается хотя бы денёк, а вот послезавтра в самый раз будет.
Но заснуть в эту ночь нам, видимо, не было суждено — через полчаса у Семёныча припадок какой-то случился, прибежала взволнованная Остроумова и начала рыдать. Пошёл разруливать процессы, чо… дверь к нему в кабинет пришлось взломать с помощью найденного в кладовке топора и стамески. Высоцкий лежал на ковре на левом боку, рядом сломанная по грифу гитара, изо рта пена нехорошая истекала.
Я тут же проверил пульс, он на месте оказался и даже вполне приличной частоты, потом спросил у Ольги:
— Знакомый врач у него есть?
— Был такой, Федотов его зовут, Толик кажется.
— Звони, — протянул я ей мобилку.
Она набрала номер по памяти, подождала немного, потом сказала, что никто не отвечает.
— Значит остаётся скорая помощь… — сказал я, лихорадочно набирая 03.
* * *Володю забрали в больницу, скорая приехала довольно быстро.
