Имперская мозаика (трилогия)

Если придется умирать, то лучше умереть, смертельной хваткой вцепившись в глотку врага, видя ужас в его глазах и чувствуя вкус его крови на своих клыках. И если вы будете это понимать, верить в это и повторять, как молитву, вы не умрете. Ведь ветреная девка — Удача любит тех, кто знает кураж боя и ощущение сил берсерка в груди. Тех, кто умудряется трахнуть ее, даже когда она поворачивается к ним спиной!..

Говоря, сержант шел вдоль строя и видел в глазах новобранцев других воинов, которые прославленными или безвестными, но защитили честь настоящего солдата.

Того солдата, на чьих плечах держатся колесницы богов войны, который своей судьбою способен повернуть эти колесницы, меняя многое в жизни тех, кто мирно спит в уютных домиках за широкими солдатскими спинами.

— А сейчас сержанты отведут вас в оружейные комнаты, где вы получите свое первое действительно личное оружие вместо учебных скротчеров. Теперь оно будет вам роднее всех на свете. Вы будете с ним есть, спать. Вы будете его холить и лелеять. Есть старая поговорка: «Оружие любит ласку, чистку и смазку».

Она не утратила своего значения и сейчас. Вопросы? Вопросов нет. После оружейки у вас первое занятие по общеармейской стрелковой подготовке в классе. Это все. Внимание! Равняйсь! Смирно! Командирам отделений развести группу на получение оружия.

Зазвучали отрывистые, словно выстрелы, команды младших сержантов. Челтон проводил взглядом удаляющийся строй своих учеников, размышляя над тем, что успел даже привязаться к ним. И неудивительно, если учесть, что все, что происходит в его жизни последние три, месяца, связано только с этими молодыми солдатами.

Еще четыре месяца- и выпуск. Куда отправят их? А он наконец вернется к понятной и привычной работе. Но для здоровья польза: бегая с ними, он сбросил пару килограммов веса.

Тряхнув головой, Челтон пошел в казарму готовить класс к предстоящему занятию.

Перелет к Глоту занял, как и обещал командир «Аш-Си-003», чуть менее пяти часов. К этому времени тот бред, который плескался в эфире над местом сброса у Глоидора, затих, превратившись в более разумные и упорядоченные доклады.

Свободный Легион нес огромные потери. За эту ночь было уничтожено противником до восьмидесяти процентов состава мобильной пехоты и до двадцати процентов бронетехники. Самое неприятное состояло в том, что не было ни линии фронта, ни массированного наступления — ничего, что можно было бы назвать противостоянием. Большинство подразделений мобильной пехоты погибли тихо под покровом ночи.