Имперская мозаика (трилогия)

Мердок сидел за столиком в уютном приват-кабинете небольшого кабака с простым названием «Странник», который посоветовал ему командор Дикаев. Его развлекала беседой, заодно прислуживая за столом, красивая темнокожая девушка человеческой расы. На столе стояло большое блюдо с рулетом из жирного мяса, запеченного с чесноком и пряностями, ваза со свежей овощной нарезкой, плетенка черного пористого хлеба с тмином и высокий графин с травяной настойкой. Девушка привычным движением наполнила узкую граненую стопку горькой настойкой сбора трав на водке и подложила на опустевшую тарелку очередной сочившийся соком и жиром кусок рулета.

Амос поднял стопку со светло-коричневой прозрачной жидкостью, подумав, что все не так плохо, как ему казалось несколько месяцев назад, когда он попал в плен к Дику

Мысль о пирате навеяла Мердоку воспоминание о недавнем инциденте в «Трансваале». Тогда командор действовал как безжалостный мясник. Пилоту в те минуты открылось, что он совсем не знает этого человека, и ему стало страшно.

Но прошло несколько дней, и Мердок успокоился. Теперь он говорил себе, что просто не в курсе многого. Ведь и мясник режет скот не потому, что тащится от этого, а потому, что это нужно и важно для других. Для тех, кто сам не может подобное сделать.

Амос, опрокинув в глотку обжигающую терпкую жидкость, принялся за мясо. Неожиданно дверь в кабинет распахнулась, и на пороге возник командор Дикаев собственной персоной. Он радостно скалился, держа в зубах свою любимую «Корону».

Весь вид его говорил о том, что у пирата превосходное настроение.

— Вот ты где. Значит, мои проповеди не пропали даром, и ты начал получать удовольствие от твоей теперешней жизни. Давно бы так.

— Это вы, командор? А я вас только что вспоминал! — Амос кивнул девушке, и та моментально выставила еще один комплект посуды.

— Это в смысле: помяни дурака — он и появится? — Дик уселся за стол, забирая у девушки графин и сам разливая настойку.

— Есть и другое объяснение.

Говорят, что, если помянутый сразу появился, у него душа безгрешная.

— Ну, это точно не про меня. Я за свою жизнь столько нагрешил, что ни одному черту в самом радужном сне не приснится. Значит, моя версия вернее. Будем! — Пират поднял стопку.

— Господь вам судья. — Пилот хрустнул листом зелени. — Вы меня искали просто так или по делу?

— А если просто так — попросишь убираться? — Дик, рассматривая Мердока, откинулся на спинку диванчика.

— Нет.