Имперская мозаика (трилогия)

Тем более что для Реззера торжество это обошлось без малого в полтора миллиона. Поэтому никто не стал спорить, когда «Элит» строго распорядился — невесту и жениха могут видеть только гости. Еще жестче оказалось отношение издательства к любительским снимкам. Всех гостей тщательно обыскивали, проверяя на наличие техники. Но не только гостям служба безопасности уделяла столь пристальное внимание. Тщательно проверяли всех официантов, слуг и прочих работников «Газума». И даже постояльцам отеля запретили выходить из номеров на тех этажах, где разместились приглашенные.

Заполонившая без малого сто комнат шикарного отеля, свадьба собрала, казалось, все сливки общества. Невеста появилась в свадебном платье, изготовленном модельером Люмаггой. Ли была великолепна в белоснежной пене платья. Высокая восточная прическа и длинная, похожая на невесомую паутину фата довершали ее образ. Алтарь, декорированный белыми розами, тюльпанами и лилиями, своей чистой белизной перекликался с одеяниями невесты. Ли медленно спустилась по лестнице под звуки старинного свадебного марша Мендельсона.

Подвел красавицу к жениху импресарио Реззера Брайан Ашер.

После завершения официальной церемонии новобрачные и гости перешли в банкетный зал. Днем весь огромный зал был изощренно украшен все теми же белыми лилиями. Столы ломились от угощений. Рекой лилось шампанское. На столах пестрело обилие самых разнообразных блюд: черная икра, устрицы, копченая рыба, утка, телятина, жареный ягненок и различные паштеты. Горы свежей зелени перемежались блюдами с острым гурянским мясом.

Соусницы своим содержимым могли удовлетворить вкус представителя любой расы. На десерт были поданы пироги с фруктами, сладкими растениями и сыром. Свадебный торт, обошедшийся в сумму, равную полугодовому бюджету небогатой семьи, насчитывал десять ярусов, с различными кремами и начинкой. Для развлечения гостей пригласили пару довольно известных поп-групп.

Не успел Реззер очухаться от официальной части и подойти ко всем гостям, как Ли, крепко ухватив его за рукав, буквально утащила в один из снятых для гостей номеров.

Вывесив на дверь табличку «Не беспокоить!», она толкнула теперь уже мужа к огромной кровати. Дан, совершенно ошеломленный всем происходящим с ним в этот вечер, отдал жене всю инициативу. Гости веселились и без молодоженов, и когда через три с лишним часа они вновь появились в зале, не было, пожалуй, никого, кто заметил бы и огорчился их долгим отсутствием.

Бурное веселье продолжалось до утра.