Чем, любопытно, мы обязаны таким вниманием к нашим скромным персонам?
Амос уже довольно долгое время тщательно изучал все найденные и купленные материалы, пытаясь разобраться в том, что происходило вокруг. И эти материалы свидетельствовали, что где-то совсем рядом, параллельным курсом с их скромной поисковой миссией разворачивается дикая, разнузданная охота. За последнее время вся мощь флота Триона была направлена на выполнение одной задачи. Ра-гон поднял на уши всех, кто хоть как-то был ему обязан или подвластен и кого можно было купить.
Теперь вся эта орава искала следы командора Дикаева или подтверждение его гибели. И обнаружившийся вдруг интерес к их скромным персонам это только подтверждал. Но действия Рагона сейчас интересовали Мердока в меньшей степени, хоть он и допускал, что позже за это пренебрежение может поплатиться. Пилот только использовал сделанные трионцами наработки для того, чтобы не искать там, где все уже было перекопано. Вороша обильную информацию, он безжалостно отсеивал бестолковые сообщения о совместных рейдах различных пиратских кораблей.
Но несколько случаев все же привлекли внимание Мердока. У Свободных пиратов образовался крупный тэйп, действующий с четкостью и эффективностью семейного клана. И, насколько можно было доверять хроникам, появился этот тэйп сравнительно недавно, объединив полтора десятка боевых кораблей разных классов, спрятанную где-то в Необследованном базу, два мобильных дока и десяток транспортных судов.
Они почти нигде не собирались и не действовали серьезными соединениями, словно избегая внимания со стороны. И не будь у Мердока цельной статистики, он вполне мог бы пропустить их деяния сквозь пальцы. Нащупав призрачный пока еще след, Амос искал уже только корабли этой группировки. И когда он наконец нашел, то не смог удержать вопля восторга. Собравшиеся на капитанском мостике, — а это были все, кроме внепланового пассажира, уже в который раз бросились к пилоту, желая увидеть причину нового всплеска его эмоций.
Только гурянин, которого Мия подобрала на базе Свободных, как всегда пропадал где-то в своей каюте или занимался уборкой в недрах корабля. Он был ненавязчив и незаметен, словно привидение, и ничем не напоминал о своем существовании, почти сторонясь остальных членов экипажа.
— Это он! Смотрите, это он! — Амос тыкал пальцем в строчки сводок. — Вот здесь.
