Имперская мозаика (трилогия)

Карабин выплюнул три последние пули, которые, обезумевшими шершнями прошив стоявших на их пути, умчались куда-то сквозь переборки. Пистолет в его левой руке, захлебываясь искрящимися сполохами, разорвал нападавших на куски. Крик замер в глотке гурянина. Он отпустил курки опустевшего оружия.

— Ублюдки… — У него не было сил кричать.

Усталость во сто крат более сильная, чем над каменистым плато, обрушилась на его искалеченное тело, заглушая боль и ненависть, заглушая даже саму жажду жизни. Он стоял, словно в забытьи, в упрятанном под толщей скал холле.

Кровь не лилась из запекшихся ран. Но он чувствовал, что уже мертв, что никто не придет на помощь. В голове его в унисон с болью стучало одно: «Отомстят, отомстят, отомстят…»

Закрывшаяся было дверь опять отскочила в сторону, пропуская в комнату новые силуэты. Хаттар, словно автомат, поднял разряженное оружие и успел даже нажать на курки, прежде чем дружный залп превратил его самого в обломки костей и обрывки плоти, валяющиеся на залитом чужой кровью полу.

Истошный рев сирены, вспоровший ленивое будничное утро, застал Стингрея и Челтона в тренажерном зале.

— Черт. Так и обделаться можно! — Майкл вздрогнул от неожиданности, когда пронзительный визгливый звук хлестнул по ушам.

— Ничего, не обделаешься. Зато соня Рой, может, наконец проснется… — Челтон, гонявший Стингрея в спарринге, смахнул полотенцем пот со лба. — Похоже, что-то серьезное.

— Да. Пошли, душ и завтрак подождут. А это еще что? Слышишь? — Майкл изумленно замер, прислушиваясь к чему-то далекому.

Веселость слетела с лица сержанта:

— Это вибрация от работы батарей последнего рубежа. Нам стоит поспешить.

Они сорвались с места и помчались по коридорам, словно пара опаздывающих на лекцию студентов. Когда добрались до помещения командного мостика, там уже вовсю кипела работа. Не нужно было даже смотреть на мониторы, чтобы понять: линкор ведет бой. Сухие команды, ответы о принятии к исполнению, доклады постов — все смешалось.

Но кажущийся хаос являлся на самом деле кружевом выверенных и четких действий единого организма, которым был сейчас линкор.

Гаррет, облаченный в свой любимый свободного покроя костюм мышиного цвета, находился уже здесь. Заметив вошедших, он сделал приглашающий жест рукой. Стараясь не путаться под ногами у работавших офицеров корабля, Стингрей и Челтон проскользнули к мониторам наблюдателей, где и расположился Рой.