Заболтались мы с вами, однако…
– Вы правы, Александр Павлович, – сказал Николай и потер ладонью глаза, – знаете, у меня голова уже плохо соображает от бессонницы и всех этих разговоров. Давайте поспим хотя бы пару часов, а потом продолжим беседу.
Паролем пусть будет это…
Пока царь гостил в будущем, в его времени тоже происходили не менее важные события. Главный надзирающий за Российской империей граф Александр Христофорович Бенкендорф самолично познакомился с гостями из будущего. Как умный человек и хитрый царедворец, он сразу же понял всю выгоду от такого знакомства.
В тот вечер граф засиделся в квартире Одоевского допоздна. Он жадно расспрашивал Сергеева о том, что произошло с Россией за сто семьдесят с лишним лет. Оберегая нервы и рассудок Бенкендорфа, Виктор на некоторые его вопросы отвечал весьма уклончиво и неопределенно.
Впрочем, как человек опытный, и сам Александр Христофорович прекрасно понял, что не все ему положено знать, и особо не настаивал на доскональных ответах на свои вопросы, если чувствовал, что тема, им поднятая, находится за пределами его компетенции.
"
"Но даже то, что удалось узнать графу, повергло его в ступор. Это прежде всего Крымская война, кончина Николая I, и воцарение нового императора Александра II. К известию о своей близкой кончине (в реальной истории Бенкендорф умер в сентябре 1844 года в возрасте шестидесяти двух лет) он отнесся довольно спокойно. В конце концов, генерал был старым воякой, не раз смотрел в глаза смерти, был ранен, причем неоднократно.
А вот смерть его покровителя и друга, униженного неудачами в Крыму и потрясенного предательством союзников, тех, кого император считал своими друзьями, изумила графа.
– Как же это так можно, господа? – растерянно проговорил Бенкендорф. – Мы ведь заключили договор о союзе с Австрией и Пруссией… А они пригрозили ударить нам в спину. Какая подлость!
– Александр Христофорович, голубчик, – ответил ему Сергеев, – вы же знаете, что политика – это такая вещь, в которой договоры между государствами соблюдаются лишь до тех пор, пока они выгодны.
Вон, посмотрите на британцев – для них важнее всего то, что касается их любимого острова. Как скажет в недалеком будущем один из премьер-министров королевы Виктории, «у Британии нет постоянных врагов и постоянных друзей – у Британии есть только постоянные интересы».
– Но… но это же… Это мерзко и недостойно государственного деятеля! – воскликнул потрясенный Бенкендорф.
