Импринт

Возможно, ее избили до смерти…

Ее тихий шепот приводит меня в ужас.

– Мама… О чем ты говоришь?"

"Она продолжала говорить, словно находясь в бреду, никак не реагируя на мои вопросы:

– Я ведь замечала раньше, но списывала это на самоповреждения. А что, если это он… – мама трясет головой и бормочет. – Нет, нет, нет…

– Мама! Что происходит?

Наконец, Анна переводит на меня свой безумный взгляд. Тушь размазалась, глаза опухли, а лицо все мокрое от слез.

– Катерина, ты поможешь мне?

Она касается моего лица, и я дергаюсь.

– Да… да. Только расскажи, что…

– Вероятно, я скрыла насильственную смерть.

– Что?.. Что ты сделала?

Я не двигаюсь, хотя внутри все рушится, а горло болит от еле сдерживаемого крика.

– Я подделала документы о вскрытии тела.

– Что это значит?

– Он попросил меня сделать это, – она снова бормочет, возвращаясь внутрь себя. – Он сказал, что поможет с клиникой и что ему не нужно, чтобы пресса подняла шум по поводу смерти его жены. Ее кремировали сразу же, когда я подписала документы.

Я тяжело дышу, чувствуя, как колотится сердце и желчь поднимается к горлу:

– Боже мой, ты… ты стала свидетелем убийства? Какие документы, мама?

– Документы о том, что это было самоубийство.

Я должна пойти в полицию…

Я должна пойти в полицию…

Пальцы Кастила впиваются в меня с такой силой, что я не могу дышать, не говоря уже о том, чтобы двигаться.

– Закончи фразу, Катерина.

– Она сказала, что исправила документы о смерти женщины, которую доставили в «Рид Хоспитал»… Но потом ей позвонили и больше она никогда не говорила на эту тему, сколько бы я ни пыталась. Я решила, что мама смешала «Ксанакс» с алкоголем и что она просто была не в себе. Но ты… – мое горло сжимается, – ты рассказал мне о Каролин, и я…

– Значит, ты бы молчала и дальше, – он выдергивает свою руку из моей руки, а голос такой ледяной, что мне хочется провалиться сквозь землю. – О чем еще ты молчала, Катерина?

– Клянусь, я надеялась, что это лишь простое совпадение, и что мама просто…

– Твоя драгоценная мама специально послала тебя ко мне? Она научила, как тебе следует вести себя со мной, чтобы привлечь такого психопата? Ведь ты так замечательно раздвигаешь ноги, Кэт.

– Не смей… говорить… так… – я снова начинаю задыхаться, однако впервые в жизни я вижу в этом спасение. Если я потеряю сознание, то все исчезнет.