– Бытовой случай, а их и на покойника-то не дозовешься. Помню, помню, как здесь труп лежал… Голова к окну, ноги у кресла, как раз где девушка сидит!
Я вздрогнула:
– Труп? Здесь кого-то убили?
– Точно, – злорадно сказала Зинаида. – Кровищи нахлестало, у меня аж с потолка лило. Мужчину зарезали!
– Бред! – подпрыгнула Полина Юрьевна. – Квартиру я получила по обмену, здесь раньше жила тихая старушка, ей после смерти мужа жилплощадь в три комнаты была велика, а у меня сын подрастал, мы в однушке ютились.
– Вот-вот! – торжествующе заявила Зинаида.
– Он не умер, его убили. Да! Теперь тому, кто сюда является, сплошное несчастье. Девушка, уходите, здесь смертью пахнет!
Полина Юрьевна дрожащей рукой поправила волосы и воскликнула:
– Если вы не уйдете, я вызову психиатра!
– Сухо, – вдруг вполне мирно заявила Зинаида.
– Вы опять устроили скандал на пустом месте! – всплеснула руками логопед. – Но сегодня вы превзошли саму себя. Если по счету «три» не уберетесь из моей квартиры, я сделаю все необходимое, чтобы вас отправили на лечение.
– Да пошла ты! – огрызнулась Зина, но тем не менее двинулась в сторону двери.
На пороге хулиганка притормозила и заулыбалась:"
"– Знаю, как ты мне потолок мочишь!
– О боже! – закатила глаза Полина. – Опять!
– Берешь чайник и потихоньку льешь на то место, где труба в пол уходит. У тебя сухо, а у меня капает!
Полина Юрьевна села в кресло и закрыла лицо руками.
– Думаю, вы ошибаетесь, – тихо сказала я.
– Я всегда права, – гордо вскинула голову Зина.
– Но не сейчас.
Какой смысл Полине Юрьевне проделывать дурацкий трюк с чайником?
– Потому что она сволочь, – ответила соседка. – Я еще вернусь!
Завершив выступление, «башня» протопала в коридор и хлопнула дверью. В квартире воцарилось молчание.
– Сочувствую вам от всей души, – пробормотала я. – С соседями порой бывает нелегко, но ваш вариант эксклюзивный.
– Зинаиду трудно винить, – вздохнула Полина Юрьевна, – некоторое время назад они с мужем купили машину. Обычную, российскую, не иномарку. Копили пару лет и приобрели.
Но недолго радовались – через месяц Василий разбился. В принципе, он сам виноват: впервые сел за руль далеко не в юном возрасте, реакции уже не те, а он стал лихачить…
– Печально, – согласилась я.
– На беду, за день до катастрофы я шла мимо их «Жигулей» и сказала: «Замечательная „десятка“, пусть она вас подольше радует». И теперь Зинаида уверена: я убила Василия, сглазила ее счастье.
– Наверное, вашей соседке и правда следует обратиться к психиатру.
