Потом Серафима спохватывалась и давала задний ход:
– Зато Полина мне отличную доплату отстегнула, теперь у меня хоть деньги есть. Да и тяжело одной три комнаты содержать.
Зиночка согласно кивала головой, но притом очень хорошо видела: в доме Серафимы нет никакого достатка. И зачем одинокой женщине, без детей и внуков, понадобилась вдруг большая сумма денег? Не лучше ли было остаться в насиженном гнезде и скромно жить на имеющиеся средства?
За год до кончины мужа Зина сломала руку, и начались ее мучения: кость срослась неправильно, пришлось делать операцию.
Ей стало не до посещения Серафимы, но, начав выздоравливать, Зинаида почувствовала укол совести: совсем забыла про давнюю знакомую. А та, как на грех, отчего-то не подходила к телефону. Самой ехать к бывшей соседке было тяжело, и она попросила мужа навестить Серафиму. Василий выполнил просьбу жены и вернулся домой с неприятной вестью:
– Серафима в лечебнице.
– Господи! – всплеснула руками Зина. – Что с ней такое?
– Сломала шейку бедра, увезли в больницу.
– О боже… Вася, найди ее!
– Да уже спрашивал, – вздохнул тот, – никто из соседей ничего не знает, квартира заперта, куда ее отправили, неизвестно.
Зинаида очень огорчилась, поплакала, затем ей в голову пришла идея, и она спросила супруга:"
"– Васенька, ты ведь, наверное, можешь попросить бывших коллег по работе найти несчастную старушку.
– Я на пенсии, – напомнил Василий.
– И что? Связи-то у тебя остались.
– Отстань, – буркнул муж.
– У Серафимы никого нет, – настаивала Зина, – а ты же знаешь, как за такими больными ухаживают.
Не по-божески ее бросить. Ну-ка, вспомни, что ты Михаилу Николаевичу обещал!
– Что? – недовольно отозвался Вася.
И тут Зинаида разозлилась.
– Считаешь меня табуреткой? Сварила щи, подала, пошла вон? Я, между прочим, всю жизнь домоводство в школе преподаю, уважаемый человек! Не алкоголичка какая-нибудь, не шалава, с одним мужем всю жизнь!
– Ты чего завелась? – заморгал Василий. – Если решила скандалить, то без меня. Я лучше в гараж схожу, масло в двигателе поменять надо.
– Тебе тачка дороже человека! – ринулась в атаку Зинаида. – Думаешь, я не знаю, что Михаил Николаевич прежде твоим начальником был? А когда тебя ранили, он тебя в хранилище и пристроил, на легкий труд.
– Зина! – ахнул муж. – Сейчас же замолчи!
Но ее уже понесло. Она уперла руки в боки и заголосила:
– Так и будем до смерти бояться? Времена иные настали! Ты мне ничего не рассказывал, да у меня глаза с ушами имеются.
