Ох, и устрою я веселую жизнь этой пернатой! Отомщу за всех темных. И, судя по довольной улыбке ректора, она это тоже прекрасно понимала и всецело одобряла.
А Гамаюновна, кажется, только сейчас осознала, в какую ловушку попала. Ее морда перекосилась, и я понял, что это будет война до последнего пера, выдернутого у нее из задницы. Мы принимаем бой и любим курочку на гриле.
Дальше пошло быстрей — светлые бесились, потому как мы были первые. А мы показывали всем своим видом, как им сочувствуем — ну, типа средний палец, руку, согнутую в локте, и прочие международные жесты, ведущие к любви и взаимопониманию.
"
"Как только закончили, мы дружным строем отправились ко мне, потому как занятия начнутся только через два дня — ровно столько длилось распределение всех поступающих, получение ими нужной литературы и прочего. А студенты за это время должны были понять, что попали не в сказку, и заняться общественными работами по облагораживанию территории академии и окрестностей.
На последнее мы, конечно же, положили.
У нас ведь как положено — на все положено. Ну действительно, не будет же Темнейший князь ковыряться в земле своими руками?
Впрочем, Гиви обещал поднять парочку зомби, чтобы они всю работу сделали за нас. Это допускалось, потому как редко в одном потоке собиралось столько муд… В смысле, сильных магов, которые могли припахать к работе магических созданий.
По пути Танька решила, что топать своими ножками ей лень, и для приличия на этот раз выбрала шею Гиви, которую этот подкаблучник с удовольствием подставил.
— На мою даже не смотри, — тут же сделал я огораживающий знак Переруга — козу в сторону Насти. — К меня ноги болят и шея не казенная.
— Ей можно, а мне нельзя⁈
— Насть, ты, конечно, не обижайся, но тебе до Таньки еще очень далеко. Она своя, понимаешь? Мы ее настолько любим, что простим практически все и глотки за нее перегрызем, даже на миг не задумавшись.
— Я тоже тебя люблю, Видарчик, и сделаю для вас тоже самое, — послала она мне воздушный поцелуй с высоты Гивиных плеч.
— И что мне надо сделать, чтобы стать вам ближе? — придвинулась ко мне Настя.
— Надо сделать так, чтобы тебя уважали в нашей компании не за что-то, а вопреки чему-то. Мы бунтари по натуре, мы не имеем авторитетов, нам плевать на то, что про нас подумают. И за свое мы будем биться без раздумий. Когда осознаешь это, примешь и поймешь, тогда и станешь своей. Вспомни сегодняшнюю драку, и сразу все станет понятно. Ты толкнула Гиви и отступила.
