Но не могли пошевелиться.
И причина их ужаса сидела рядом. Три Твари.
Они не походили ни на что, виденное мною здесь ранее. Все размером с медведя, но строением — пародия на пауков и скорпионов одновременно. Хитиновые панцири цвета запекшейся крови, мерцающие темной энергией. Множество глаз, горящих холодным интеллектом и голодом. Длинные, сегментированные хвосты с шипастыми наконечниками.
И главное — аура. Давящая, леденящая волю аура чистого, концентрированного Зла. Они были не просто сильны. Они были элитой этого ада.
Стражами Источника.
Одна из тварей неторопливо, с отвратительным чавканьем, пожирала одного из пленников. Человек был жив. Его глаза, полные невыразимых мук, встретились с моими. В них не было надежды. Только немой вопрос — за что? И бесконечная боль.
Тварь отрывала куски живой плоти, не спеша, словно смакуя. Остальные пленники смотрели, их парализованные тела не двигались, но сознание билось в невидимых путах от ужаса.
Что-то во мне сорвалось.
Усталость. Страх. Разумные доводы о том, что против ТРЕХ таких монстров у меня нет шансов, что я на исходе сил, что нужно отступить, найти другой путь… Все это испарилось.
Сгорело в одно мгновение в топке белой, всепоглощающей ярости. Ярости за эту несправедливость. За эту немую агонию. За то, что твари смеют так обращаться с людьми. С живыми людьми!
— НЕ ТРОНЬТЕ ИХ! — рев, сорвавшийся с моих губ, был нечеловеческим. Голосом самой ярости. Голосом последнего защитника человечности в этом аду."
"Я не думал. Не планировал тактику и стратегию.
Я просто бросился вперед. Вся оставшаяся во мне магия, вся воля, вся безумная ненависть к этому месту выплеснулись одним чудовищным заклинанием. Не Ледяное Сердце. Не Теневой Удар. Я вскинул руки, и пространство между мной и пожирающей человека тварью взорвалось.
Это был Гнев Нави — запретное заклинание, которому меня научил отец, предупреждая, что оно выжигает душу. Ужасный черный столп чистой, недифференцированной магической энергии, смешанной с моей яростью, ударил в тварь и в скалу за ней.
Казалось, темное солнце родилось в пещере.
Пожирающая тварь взвыла — звук, от которого кровь застыла в жилах. Ее хитиновый панцирь треснул, как яичная скорлупа, почернел и начал испаряться. Она отлетела в сторону, в клубах пара и дыма, оставляя обугленный след на камне. Пленник, которого она ела, был мертв — мгновенно испепелен вспышкой. Жестокая цена. Но он был свободен от мук.
Две другие твари отреагировали мгновенно.
