Давай объявим кому-нибудь войну подальше отсюда, а потом ты скажешь, что я пал смертью храбрых на поле боя?
— Не выйдет. И вообще, охмурил девушек, так и бери на себя ответственность.
— Клевета!!! Требую адвоката с большими мускулами и тяжелой дубинкой. Он будет меня защищать словом добрым, да матом раскатистым. А кто не внемлет, то и палкой по хребту.
— Ладно, пошутили и хватит. Теперь нам надо поговорить о делах насущных.
Гости намек поняли и сразу засобирались по домам. Потому как время было вечернее, а завтра на учебу.
Их Упырева выпустила под личную ответственность Раздорова. Они так и дежурили у меня по очереди. Гиви с Димой, к слову, были на посту вчера, а сегодня вот Танька с Настей. Снежане пофиг — она тут жила.
— Ты когда на учебу вернешься? — у дверей спросила меня Настя.
— Завтра, — прислушавшись к себе и поняв, что вполне себе здоров, ответил я.
— Отлично. Будем ждать, — неловко клюнув губами меня в щеку, она вышла.
— Не теряйся, красавчик, — Танька крепко прижалась ко мне. — Хочу повторить ту ночь, — уже шепнула она мне в ухо.
— Обязательно, — кивнул я, едва сдержавшись, чтобы не начать повторять прям сейчас. Все-таки она очень красивая.
— Пойдем в кабинет, сын, нам многое надо обсудить, — отец уже перестроился на деловой лад.
Снежана ускакала к себе, дела рода ее не касались. Если бы глава хотел, он бы обсудил это при ней. А раз нет, так и нечего нос совать куда не надо.
— Давай подытожим. Тот, кто на тебя напал — Василий Злобин. Наемник, убийца. Темный, но на службе светлых.
Как он пробрался в академию, непонятно — эту тайну он унес в могилу, и даже вызванный дух этого не прояснил. Но это уже заморочки Упыревой. Доказать причастность Олега не удалось — заказчик был анонимным, и это к делу не пришьешь. Мы, конечно же, ищем, но на быстрый результат рассчитывать не получится. Далее, по Роману, точней, по его смерти… Мавка, Навка, можете появляться.
— Сюрприз!!! — возникли передо мной два моих духа.
Целовашки, обнимашки и прочие приятные мелочи.
— Они нам сильно помогли…
День покушения на Видара
— Да что ты дергаешься, как параличная, — бурчала Навка.
— Мягче движения.
— Заткнись. Я в первый раз влезаю в тело трупа. Он же закостенел совсем. Попробуй им шевелить.
— Так влей в него немного благодати — глядишь, суставы и заработают.
— Вот еще. Буду я на это ее тратить. И так сойдет. Нас все равно никто не увидит.
— Ты все помнишь?
— Навка, я не ты, и с памятью у меня все нормально. Не мешай мне, а то промажу.
