Индульгенция 1. Без права выбора

Сам бы не поверил, если бы разрез на его животе не видел. Мой разгильдяй сын превращается в надежду рода. Кстати, я и об этом хотел поговорить. Думал завтра, но раз мы тут…

Хорошо сидишь, да? Только не падай — у него в покровителях сам Сварог!

— Да ты что? Не врешь?!!!

— Видел его вот так же рядом, как тебя сейчас. Переруг что-то попытался вякнуть против, так тот его просто в портал закинул, как нашкодившего щенка. Но и это еще не все — у него источник серый.

— В каком это смысле — серый? Так не бывает.

— Ага, это ты ему скажи! Представляешь, он после плети тьмы в меня лучом света долбанул! Хорошо, я успел увернуться, да и слабенький он тогда был.

Но сам факт!!! Сразу после инициации уровень дружинника показал.

— Считаешь, что Сварог вмешался?

— Тут не понятно. Он или кто другой — так ли это важно? А вот то, что Видар после покушения изменился, это факт. И стал сильней — тоже факт. Но сила его — она будто дремлет в нем. Будто зреет в коконе, не позволяя пока себе выйти наружу. На тренировке я следил за ним — есть у меня один умелец, что даже из мертвого бойца может сделать.

Так вот, когда он обстукивал сыном стены, я внимательно наблюдал за Видаром. И знаешь что? Он не плакал, не принимал смиренно побои — нет. Он злился, и очень сильно. Причём не на обидчика, а на самого себя. Будто чувствовал, что его тело не успевает реагировать как должно. Будто знал, что может гораздо больше, но пока не получается. Не знаю, что произойдет, когда у него все получится, но очень хочу узнать.

— Озадачил ты меня, что сказать.

И что дальше думаешь делать?

— А вот ты мне и скажи. Не зря же я тут перед тобой целый час распинаюсь и все рассказываю.

— Настолько доверяешь?

— Если не тебе, то кому? Меня ты на троне полностью устраиваешь, как устраивают и наши отношения. Поэтому я лично менять ничего не хочу. Но и оставаться в стороне, когда все начнется, тоже не собираюсь. Кстати, мой-то на твою Кристину глаз положил. Что думаешь?

— А что? Это дело, — император задумался. — Породниться с тобой не зазорно, Раздоровы — древний, всеми уважаемый род.

И, как ни крути, к императору приближен, — усмехнулся он. — Все логично, с какой стороны ни посмотри. Но вот дочь…

— Кстати, мой просил ей вообще ничего не говорить. Мол, сам справится.

— Да? Очень интересно, как это у него получится. Кристина — девушка… Скажем так, очень своевольная.

— Но в целом ты не против?

— Заполучить в семью перспективного мага и породниться с родом старого друга? Глупый вопрос.