Индульгенция 1. Без права выбора

Но пока я не знаю, кто помог родственничкам. Поэтому не будем уменьшать без повода родовую гвардию.

— Поняла. Сейчас сделаю.

Миг, рывок, тихое кряканье — и два тела мягко опустились на пол. Со стороны казалось, что они спят.

Так, и куда теперь? Где искать отца? Встает он обычно очень рано. Значит, сейчас он либо у себя в кабинете, либо в своей комнате. Делаю ставку на кабинет.

Чтобы в него попасть, надо пробраться на второй этаж. Что ж, лифт для слуг подойдет идеально. Он находится как бы в стороне и постоянно используется.

Нам в очередной раз повезло. Рядом никого не было. Я зашел в кабину, перевел рычаг магической тяги и бесшумно заскользил наверх. Открыл дверь, выглянул — опять тишина.

— Навка, твой выход, — указал я на еще четырех гвардейцев.

— Без шума на этот раз точно не получится, — нахмурилась она.

— Тогда проверь кабинет отца, на месте он или нет.

— А как я узнаю, что это он?

— Там, кроме него, никто другой находиться не может.

— Эксплуататор. Рабовладелец и грубиян, — разбурчалась она на грани слышимости. Хорошо, что ее, кроме меня, в принципе никто услышать не мог, если она этого не захочет. А то бы точно спалились.

— Там пусто, — вскоре услышал я тихий голос.

— Черт. И где его тогда искать?

— А ты уверен, что он вообще дома?

— Конечно. Сегодня день моей инициации. Он по-любому вернулся. Да и где еще можно быть в такую рань?

— А где должен проходить этот обряд?

— Где? — задумался я, и память послушно показала мне место силы нашего рода.

— Не найдет, — уверенно сказала Навка. — Я экранирую. Ты для любого поиска не виден. Чтобы пробиться через мою защиту, очень сильный призыватель нужен. А я тут подобных не ощущаю.

— Тем лучше. Тогда пошли обратно, вниз. Нам надо в другое крыло дома. И давай поторопимся — мне что-то совсем не нравится эта тишина.

— Дело не в этом. Будто напряжение какое-то в воздухе разлито. Не знаю. Не могу объяснить.

— Ничего такого не ощущаю. Впрочем, тебе видней. Пошли тогда, чего время тянуть.

Опять лифт — пустой коридор, неприметная дверь, перед которой стоят двое гвардейцев. Этих я знал — личная охрана отца в ранге бояр. Слабенькие, но этого хватит, чтобы порвать на лоскуты любого, кто сунется. Да и отец тоже был боярином — вот только сильным. Очень сильным.