Индульгенция. Без права на ненависть. Часть 5

Там узко, болотисто. Их скорость там будет им помехой. Держим линию. Не даем прорваться к усадьбе. Каждый метр земли — оплатить их кровью. И предупреди Никифора — СБ рода перевести в круглосуточный режим работы. Активировать скрытых агентов. Я должен знать о каждом шаге этих псин.

Гроза кивнул, привыкший к железной воле своего господина.

— А Виктор Андреевич? Его братья? Их маги? Они не полезут в первые ряды. Сядут сзади, как пауки в центре паутины. Руководить. Подпитывать своих псов тьмой.

На губах Григория Васильевича наметилась ледяная тень улыбки.

— О них, Борис, позаботятся другие. Мои… тихие исполнители.

Он повернулся к камину. Пламя вдруг заколебалось, замерло, застыв странными, неестественными формами. Воздух в кабинете стал густым, насыщенным нездешними силами.

Из самого сердца замершего пламени шагнули две фигуры. Они состояли не из плоти и крови. Они были сгустками реальности, вывернутой наизнанку.

Слева — фигура, сотканная из лунного света и хрустального звона. Женственная, но лишенная мягкости.

Ее длинные волосы струились, как жидкое серебро, глаза были огромными, без зрачков, сияющими холодным, невыносимо чистым светом. Это был Дух Светлой Богини Мавки. Вокруг нее воздух звенел тихой, чистой нотой, пахло морозным утром и горными родниками. Но в этом свете таилась беспощадность вечных льдов.

Справа — тень, поглощавшая само пламя камина. Бесформенная, пульсирующая, как открытая рана в мироздании. В ее глубине мерцали холодные, неживые звезды, и шевелились тени того, чего не должно существовать.

Это был Дух Нави Первого Порядка — Навка. Воздух вокруг нее густел, пропитываясь запахом тления, вечной мерзлоты и абсолютной пустоты. Тишина, исходящая от него, была гнетущей, предвещающей конец.

Телохранительницы и любовницы его сына — тайное и смертельное оружие рода Раздоровых в истинном обличье.

Гроза невольно отшатнулся, его рука инстинктивно потянулась к эфесу меча. Даже он, видавший виды, ощутил первобытный ужас перед этими сущностями. Григорий Васильевич лишь наблюдал, его лицо — непроницаемая маска.

— Мавка, Навка, — его голос прозвучал четко, разрезая напряженную тишину. — Враги рода несут угрозу Видару. Клан Оборотневых. Их патриарх, Виктор Андреевич. Его братья-маги. Они — ядро. Они — источник силы для их стаи.

Он указал пальцем в сторону, где, по данным разведки, должен был находиться командный пункт Оборотневых.

— Устраните их. Полностью. Без остатка. Без возможности возрождения. Пусть их тьма поглотит их же.