Индульгенция. Без права на ненависть. Часть 5

Воздух Нави — тяжелый, насыщенный запахом сырой земли, древнего камня и… тишины. Тишиной-сущностью, живой и всепоглощающей.

Я стоял, расправив плечи, впервые за долгие дни чувствуя не изнеможение, а прилив могучей, темной силы. Она вливалась в меня через ступни, впитывалась каждой порой, наполняла иссохшие русла магии до краев. Источник, едва тлевший в мире живых, здесь, в Царстве Мертвых, бушевал полноводной, ледяной рекой. Каждая клетка тела пела от возвращенной мощи. Раны забылись. Усталость испарилась. Я был здесь, в своей стихии.

Цельный. Сильный.

Контраст был очень сильным. Вивиан стояла рядом, бледная как лунный свет на надгробии. Ее пальцы впились в мою руку с такой силой, что даже мне, почти неуязвимому сейчас, стало больно. Дыхание — мелкое, прерывистое, рваное. Глаза, широко раскрытые, метались, пытаясь охватить необъятный ужас вокруг и не впасть в безумие.

Изабелла прижалась к ней, спрятав лицо в плечо сестры. Ее тонкое тело дрожало мелкой, неконтролируемой дрожью.

Рудольф… Старый воин стоял чуть впереди, закрывая нас спиной, напряженной как струна, меч был наполовину вытащен из ножен.

Его лицо было каменной маской, но по каплям пота, стекавшим по вискам, и по бешеному биению жилы на шее я понимал — его железная воля сражалась с первобытным страхом. Он видел. То, что было скрыто от глаз живых в их мире. Здесь же все обнажено.

Тени здесь — не просто отсутствие света. Они двигались. Обтекали нас шелковистыми, холодными потоками, шепча неслышными голосами о давно забытых битвах и потерянных жизнях.

В туманной дали мерцали бледные огоньки — души, блуждающие в вечном поиске покоя. Земля под ногами дышала сырым, гробовым холодом. Воздух вибрировал от незримого присутствия. Мы стояли на берегу реки из жидкого мрака, где вместо волн извивались полупрозрачные, стонущие лики. Это был не просто иной мир. Это был антипод жизни, ее вечное, холодное эхо.

Я поднял руку. Без усилия. Без напряжения. Магия откликнулась мгновенно, послушная и мощная. Из кончиков пальцев выплеснулась серая, мерцающая дымка.

Она обволокла нас четверых, как плотный, невесомый плащ — Серая Пелена. Защита. Маскировка. Она приглушала шум нашего дыхания, сокрыла теплый след живых сердец, сделала наши силуэты расплывчатыми, почти неотличимыми от вечных теней Нави. Страх в глазах Вивиан и Изабеллы не утих, но сменился осторожной надеждой. Рудольф кивнул мне — коротко, резко. Доверие, выкованное в бою.

— Молчите, — беззвучно дотронулся я до губ, и я знал, они поймут меня без слов.