Инферно Габриеля

А ее тело будет открывать ему все новые и новые секреты… Но благоразумие взяло в нем верх над страстью, и он, вопреки требованиям своего тела, передал управление разуму.

Габриель нежно обнимал ее. Правой рукой он оберегала голову Джулии от случайного удара о жесткую дверь. Габриель три раза быстро поцеловал Джулию в губы, затем скользнул по ее ангельски мягкой коже к шее, поцеловал за ушком и лизнул. Это было скорее обещанием, а не прощанием. А потом Габриель остановился.

Его руки медленно двигались вниз по опущенным рукам Джулии и наконец замерли на ее бедрах.

Большим пальцем Габриель выводил замысловатые узоры, побуждая Джулию открыть глаза. Он мог поклясться, что в странной тишине его кабинета слышен стук их сердец, бьющих в едином ритме. Она сделала это для него. Она пленила его. Он посмотрел на нее с удивлением и снова прильнул к ее губам. Она не отвечала.

— Джулия, дорогая! Ты как себя чувствуешь?

Габриель пережил мгновение неподдельного страха, когда она повисла на его руках.

Но Джулия не испытывала страха.

Она знала, что Габриель не даст ей упасть. Она слышала ласковые слова, которые он ей шептал на ухо.

— Беатриче. Моя Беатриче, — сказал он, целуя ее в лоб.

— Почему ты меня так зовешь? — спросила Джулия, открывая глаза.

— Потому что это и есть твое настоящее имя, — ответил Габриель, гладя ее по волосам. — Ты хорошо себя чувствуешь?

Габриель снова поцеловал ее в лоб.

Ей сразу вспомнилась его ярость в аудитории и блеск синих глаз, похожих на лазерные лучи.

— По-моему, мы делаем что-то не то.

Ты мой профессор. У нас могут быть крупные неприятности.

Джулия попыталась высвободиться из его рук, но Габриель не отпускал. Она устало привалилась к двери.

— Что я наделала? — спохватилась она, поднося дрожащую руку ко лбу.

Габриель нахмурился и отпустил ее:

— Ты разочаровываешь меня, Джулианна. Неужели ты думаешь, что я гожусь лишь для поцелуев в профессорском кабинете? Я могу и хочу оберегать тебя от превратностей жизни. — Он подхватил ее рюкзак и повесил себе на плечо.

Портфель он взял в левую руку, а правой обнял Джулию. — Идем со мной.

— К черту Пола! — (Джулия захлопала глазами.) — Тебе не о чем жалеть. Ты для него — всего лишь домашняя зверюшка.

— Неправда. Он не считает меня зверюшкой. Я его подруга, а он мой единственный друг во всем Торонто.

— Я хочу стать твоим единственным другом, — сказал Габриель. — И я намерен крепко держать свою маленькую подругу, чтобы она больше не убегала.

— Это дело сложное и опасное.