Инферно Габриеля

И как, вы довольны? Рады, что прилюдно унизили меня, раскрыв все мои тайные пороки? Вы соорудили из них славный костер и умело подожгли его, как заправский инквизитор. — Он прижал губы почти к самому ее уху, и Джулия невольно вздрогнула. — Вы трусиха.

— Но ведь это вы уходите, а не я.

— Вы отправляете меня к нему.

— Отправляю, черт побери, и что? Или вы послушно выполняете все, что вам скажут? Куда же делся мой сердитый котенок?

— Я всего лишь аспирантка, профессор Эмерсон. У вас есть определенная власть.

— Не порите чепухи. Это вы так обо мне думаете? Вы считаете, что от власти у меня помутилось в голове? — Габриель выхватил у нее рюкзак и швырнул на пол. Затем развернул Джулию лицом к себе, дотронувшись большими пальцами до ее щек. — И вы всерьез думали, что я посмею вас уничтожить? После всего, что нас связывает?

— У меня нет и не было провалов в памяти. Вы думаете, от этого я счастлива? Думаете, я получила то, что хотела? На самом деле нет у меня никакого счастья.

— Но вы же не давали мне шанса. Джулианна, откуда мне было знать, чего вы хотите, если вы сохраняли ваше дурацкое «гордое молчание» и ждали, пока я все вспомню. Не проще ли было самой мне все рассказать?

— Не думайте, что своим криком вы заставите меня говорить с вами!

Их губы на мгновение соприкоснулись, потом Габриель снова приник к ее уху и прошептал:

— Поговорите со мной.

Его губа скользнула ниже, задев ей мочку уха.

Между ними вновь возникло замкнутое энергетическое кольцо, похожее на змею, кусающую себя за хвост. Гнев и страсть, пожирающие друг друга.

— Скажите, что вам надо, или перестаньте меня мучить, Джулианна.

Не услышав ее ответа, Габриель отпустил ее и медленно отошел. Джулия почувствовала невероятную боль. И прежде чем она сумела осознать происходящее, с ее губ слетели слова, которые еще утром она бы ни за что не произнесла:

— Мне всегда был нужен только ты, и больше никто.

Некоторое время он смотрел ей прямо в глаза, а потом стал целовать ее. Их губы соединились, но Джулии было не разжать своих. Габриель осторожно гладил ей щеки и затылок, умоляя сбросить напряжение. «Откройся мне», — молчаливо просили его глаза.

У Джулии перехватило дыхание. Она вдохнула слишком много его запахов. Перечная мята, одеколон «Арамис», еще что-то.