Инферно Габриеля

Этот странный огонь, охвативший их обоих в его кабинете. Его поцелуи. Джулию никогда так не целовали. Даже Габриель. Одно воспоминание об этих поцелуях вызвало дрожь в ее теле. Джулия нехотя призналась себе, что это новое чувство ей понравилось.

Джулия видела: Габриель был готов целовать ее каждую минуту и ему стоило изрядных усилий себя обуздывать. Напряжение между ними можно было буквально потрогать. Джулия знала о его сексуальности. Такой мужчина всегда и везде пользуется повышенным вниманием женщин.

Но одно дело, когда мужчина пьян и не контролирует свои сексуальные желания, и совсем другое, когда трезв. Габриель явно ее хотел. Джулии льстило, что ее хочет такой обаятельный и чувственный мужчина. Она ощущала себя Психеей, которую жаждал Купидон. И что бы ни говорил ее внутренний голос, она испытывала ответное желание.

Но Джулия не была «горячей девчонкой». Если Кристу Петерсон вполне устроил бы и мертвецки пьяный Габриель, ей совсем не хотелось укладываться в постель даже с совершенно трезвым Габриелем.

Пусть не думает, что ее можно поймать на внимание и красивый антураж. Она прямо и честно скажет ему об этом… вот только поест.

Габриель сел рядом с нею, налив себе минеральной воды. Он поднял бокал и провозгласил тост за этот вечер. Они чокнулись, и Джулию удивило, что Габриель не собирается пить шампанское.

— Не хочешь отдать должное «Вдове Клико»? — усмехнулась Джулия.

Он тоже улыбнулся и покачал головой.

Джулия вытаращила глаза, пораженная не столько его посредственным произношением, сколько самим ответом.

— Тебе покажется невероятным, но мне несвойственно пить каждый день. Надеюсь, сегодня ты не «приговоришь» эту бутылку и мы за завтраком выпьем по бокальчику под какой-нибудь деликатес вроде салата «Мимоза».

Джулия удивленно подняла брови. «Завтрак? До чего же ты самоуверен, Казанова».

— Я просмотрел всю свою коллекцию, но вина урожая две тысячи третьего года не нашел.

Джулия не сразу поняла смысл его слов, а когда поняла, покраснела и принялась разглядывать салат.

Габриель делал вид, что ест, но исподволь наблюдал за нею. Он надеялся услышать хоть несколько слов по поводу 2003 года — года их первой встречи. Наверное, она слишком устала от событий, только не шестилетней давности, а сегодняшнего дня. Эта мысль несколько успокоила его, но почти сразу же он вновь насторожился, увидев, как вспыхнули ее щеки и вздрогнули плечи.

Габриель ободряюще погладил ее по руке.