Инферно Габриеля

— Спасибо, — смущенно пробормотала Джулия.

— Всегда к вашим услугам, моя Золушка, — улыбнулся Габриель и поцеловал ей руку.

Джулия достала из шкафа черное пальто и уже собиралась надеть его, когда Габриель взял пальто из ее рук и сказал:

— Дай мне поухаживать за тобой. Не отнимай у меня удовольствие сдувать с тебя пылинки.

— Габриель, но это всего-навсего пальто.

— Я знаю, что это всего-навсего пальто. Но для меня оно еще и возможность проявить мои рыцарские качества. Джулианна, я прошу о пустяковом одолжении.

Джулия смущенно покраснела и молча кивнула.

К такому вниманию она не привыкла. Габриель был первым, кто сказал ей, что она достойна восхищения и обожания. Джулия не спорила с ним, однако до сих пор ощущала какую-то неловкость. Вот и сейчас она поцеловала Габриеля, торопливо пробормотав слова благодарности. Он взял ее под руку. Они спустились вниз и отправились в ресторан.

Они медленно шли мимо Палаццо Веккьо, направляясь к Палаццо дель арте дей Гуидичи, и при этом смеялись и вспоминали свои прежние свидания с Флоренцией.

Шли они медленно не только из желания подышать воздухом эпох и насладиться архитектурой. Улицы в центре города, вымощенные камнем, не очень-то годились для ходьбы на высоких каблуках. Габриель держал Джулию под руку, что позволяло ей идти увереннее. Видя рядом с нею элегантного спутника, флорентийские парни не столь рьяно отпускали комплименты в ее адрес, сопровождаемые восторженным свистом. Надо сказать, что флорентийские нравы не особо изменились со времен Данте.

Ресторан, выбранный Габриелем для ужина, назывался «Алле мурате». Он находился неподалеку от Флорентийского собора, в здании четырнадцатого века, когда-то принадлежавшем цеховой гильдии. Ресторан славился обилием фресок, среди которых был и портрет Данте. Если бы не появление метрдотеля, Джулия поверила бы, что это картинная галерея.

Впрочем, галерея здесь тоже имелась. Они поднялись на верхний этаж. Их столик стоял в тихом уголке галереи и позволял обозревать почти весь зал первого этажа. Сводчатый потолок придавал этому месту особый уют.

Чтобы вконец не смутить Джулию, Габриель не стал говорить, что заказал самый лучший столик, позволявший рассматривать потолочные фрески. Над их головами замерли четыре парящих ангела. Джулия крепко сжала руку Габриеля.

— Боже мой, какая красота, — благоговейно прошептала она. — Спасибо, что привел меня сюда. Я и не знала о существовании этих фресок.

Видя ее искреннюю радость, Габриель сам испытал не меньшее ликование.