Ингвар и Ольха

Когда идет стряпня, все мужики – лишь работники на поварне!

Ольха взглянула холодно:

– Не узнаю отважного воеводу. Скупым стал?

– Да не в скупости дело…

– Все окупится. Разве не ясно?

Ингвар с сомнением смотрел, как необъятный двор заполняется шумным народом. Его русы совсем растворились среди полян и мери, там же группка древлянских витязей, что держатся все еще тесной стайкой, рослая и загадочноглазая пермь, гонцы курян, а теперь еще и могучая дружина бойков!

Олег на таких пирах велел убирать со стен мечи и секиры.

Гости все оружие, кроме ножей на поясах, оставляли в сенях под присмотром княжьих дружинников. Но сейчас все идет наперекосяк, прибывают из разных мест, прямо с улицы садятся во дворе за столы. Ингвар махнул рукой: будь что будет. Уже поздно разоружать. Да и кто дастся?

Ольха, явно сговорившись с воеводами, умело рассаживала гостей так, что все старшие оказались за одним столом с Ингваром и с нею, Ольхой Древлянской, а младшую дружину рассадили вперемешку. Древлянин оказывался бок о бок с полянином или курянином, бойк с мерей, а весянин с дулебом.

У каждого из-за плеча выглядывает либо меч, либо боевой топор, у каждого нож на поясе. Ингвар холодел от недоброго предчувствия, кус в горло не лез.

Как владетеля этого дома-крепости или по какой другой причине, но его усадили на самом высоком кресле, резном и со спинкой, по правую руку сидела Ольха, по левую Асмунд усадил прибывшего княжеского сына бойков, донельзя удивленного и гордого такой честью. Асмунд и Рудый, переглянувшись, ушли за столы к младшей дружине.

Их цена не упадет, если даже пообедают с нищими и бродягами.

Бойки цвели улыбками, донельзя гордые, довольные. С любовью смотрели на своего юного князя и с благодарностью – на Ингвара, воеводу киевского, соратника и воспитанника Олега Вещего.

Ольха с удивлением присматривалась к вождям и князьям племен. Нужда заставляет объединяться и лютых врагов, но здесь ни один не бросает злобных взглядов на русов. А как совсем недавно кипели ненавистью! Прямо дым из ноздрей валил, а из пастей – огонь…

Небо было синее, холодное, но солнце все еще грело – напоследок.

Воздух оставался холодным, по-осеннему чистым, гости чувствовали на спинах и лицах ласковые ладони осеннего солнышка с его прощальным теплом.

Ольха во все глаза, будто увидела впервые, смотрела на золотую и серебряную посуду на столах. Под золотым солнцем богатство заблистало еще ярче! А Ингвар, похоже, собирал, или это его мать собирала, не просто богатые вещи, а красивые.