Ей-богу! Если бы на них напялить эсэсовскую форму, вы бы нипочем не отличили их от тех охранников, что несли службу возле немецкого посольства. Такие же тупые, невыразительные рожи, такие же пустые оловянные глаза. Как братья, честное слово. Им бы в бейсбол свой играть, или во что они там играют в своей Америке? Оценив флаг, похожий на полосатый наматрасник, Штейн принял «иное решение».
– Ну, что же, – сам себе сказал он. – Наверное, это судьба. Эй, мистер!
«ПРОТОКОЛЗаседания бюро парторганизациивойсковой части п/п******(извлечение)
1.
0 ходе подписки на государственный заем.
2. Задачи парторганизации части в текущий период борьбы с немецко-фашистскими захватчиками.
3. О приеме новых членов ВКП(б).
4. Персональное дело коммуниста Штейна О. Н.
5. Разное.
Слушали:‹…›Постановили:‹…›
4. Исключить Штейна О. Н. из рядов Всесоюзной Коммунистической партии (большевиков).
‹…›
21 июня 1942 г.».
«ПРИГОВОРВоенной Коллегии Верховного Суда СССР(извлечение)
Именем Союза ССР
Военная Коллегия в составе ‹…› рассмотрев в закрытом судебном заседании дело по обвинению подполковника Штейна Олега Николаевича, 1908 года рождения, русского, беспартийного, в преступлениях, предусмотренных ст.
ст. ‹…› УК РСФСР, установила:
‹…›
Полностью и всесторонне исследовав в судебном заседании все доказательства, представленные по делу, а также заслушав мнение военного прокурора, Военная Коллегия приговорила:
Признать подсудимого Штейна О. Н. виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст.
ст. ‹…› УК РСФСР.
‹…›
Руководствуясь принципом частичного сложения и поглощения наказаний, окончательную меру наказания Штейну О. Н. определить – смертную казнь через расстрел.
‹…›
4 августа 1942 года».
Получив известие об аресте фон Гетца, Канарис не стал сильно расстраиваться. В конце концов, рано или поздно это должно было произойти. Жаль было только одного: русские клюнули на наживку, они были готовы к контакту, и свидетельством тому – роспуск Коминтерна. Русские показали, что к его, Канариса, предложению они относятся в высшей степени серьезно и готовы вести переговоры о заключении мира на Восточном фронте.
Вот только логика Сталина не поддавалась никакому обоснованию. Роспуск Коминтерна и заключение союзнического договора с Великобританией – это два события, взаимно исключающие друг друга с точки зрения обычного политика. Что двигало Сталиным? Из каких побуждений он совершал эти действия? Все это оставалось для Канариса загадкой.
