— Мы думали, что вы уже не вернётесь, — тихо прошептала няня. – Один господин герцог всё ещё продолжал верить.
Я кивнула и медленно вернулась обратно в ванную комнату.
В голове была полная неразбериха: моё странное времяпрепровождение в наблюдении за волчицей, моё отсутствие в замке; Этьен, внезапно решивший отпустить меня вместе с дочерью, хотя Совет Вожаков был на его стороне…
А ещё в зеркале, в его отражении, подсвеченным электрическими лампами, на меня смотрела другая Тая.
У меня была тяжелая беременность. Пусть я и не сумела набрать много веса, как это случалось с моими приятельницами, но изменения всё равно были.
Помнится, Гийом говорил, что даже оборотницам нужно время на восстановление, но…"
"… сейчас я оказалась не просто похудевшей. Моя фигура вновь приобрела фактуру и изгибы; вместо худого желе, появились едва заметные, но всё-таки рельефы мышц…
Это было так круто, что я даже несколько раз покрутилась вокруг, чтобы получше рассмотреть себя в зеркало.
Значит, две недели многочасовых пробежек в лесу.
Или всё дело в обороте?
Теперь становилось понятно, почему у меня не было больше молока. Две недели. Видимо, Жанну уже перевели на смесь.
Я не смогла сдержать усмешки: наконец-то сбылась голубая мечта доктора Гийома.
Улыбнувшись своему отражению, я показала самой себе язык. Злая Таисия…
Но, как говориться, с волками жить – ещё не так завоешь.
А потом мне захотелось проверить ещё кое-что.
Задрав шею, я провела по ней рукой, надеясь, что и тут случилось чудо – однако, увы, там всё ещё бледнел шрам – метка, которую Валуа оставил на моём теле.
Это не вытравилось даже после оборота. Я горько усмехнулась.
Нет. Разумеется, нет. В этом мире не могло существовать ничего, что было бы в состоянии дать мне от него свободу.
«Один господин герцог всё ещё продолжал верить»…
Я не сомневалась – это он вернул меня сюда. Не знаю, каким способом, но вернул.
« И пообещал отпустить».
Я выдохнула.
Неужели это произойдет на самом деле? Неужели я смогу наконец-то покончить с существованием рабыни; с навязанной мне жизнью в их звериной стае, где оборотень оборотню скорее волк, чем друг; где женщины, не отягощенные моральными устоями общества, превращаются в самок, готовых лечь под первого же сильного оборотня, а мужчины пользуясь отговоркой про вымирание расы, трахают всё, что придется…
Встав под душ, я почувствовала осторожное касание Валуа к моим мыслям.
Осторожное, почти невесомое. Я замерла на месте, выжидая дальнейших действий Альфы.
