Иной. Том 5. Адская работа (СИ)

Попрощался я с ребятами из клана, которые, несмотря на запрет директора, продолжали совместные тренировки. Попрощался с Соней.

Последнее воскресенье перед моим отъездом мы с Соней провели выходной вместе в Царицыно, в моей съёмной квартире. В Москву не поехали — в этом полупустом, умирающем городе заняться было нечем. Договорились, что будем списываться по почте, и что этим летом или зимой я постараюсь съездить к Соне в гости в Нижний Новгород, ну или она ко мне — в Екатеринбург. Насчёт лета, я сомневался, а вот зимой… кто знает, что будет зимой.

С Бурдюковым мы последний раз виделись в пятницу. Как обычно, тренировались вечером в недостроенном здании на территории. С нами были ещё десяток ребят из клана. Хоть директор и запретил тайные сходки, на деле для «драконов» не изменилось ничего — мы продолжали тренироваться, как и раньше. А вот у «филинов», когда им закрыли доступ к добыче кристаллов, начался кризис, их клан развалился, и несколько ребят даже напросились к нам.

— Значит, всё-таки уезжаешь? — спросил Бурдюков напоследок.

— Не, не буду, — сказал я. — У меня наследство, мне теперь не до блуждания по пустыне. Займусь собственными делами, а периметр и без меня простоит.

— Ну значит, удачи в делах, что ещё сказать? Меня, кстати, тоже переводят.

— В Калугу, в подразделение «Сокол». А Жура вместо меня будет лидером клана.

У меня чуть челюсть на землю не упала. Быстро же агенты сработали. Стоило мне Бурдюкова один раз упомянуть, как его уже себе забирают.

— Что за «Сокол»? — спросил я, но Бурдюков сам толком не знал. Якобы подразделение специального назначение, а чем именно оно занимается, ему известно не было.

На том и распрощались.

А в понедельник я сдал армейское имущество на склад, сложил в рюкзачок планшет и кое-какие мелочи (большинство личных вещей уже давно хранились в доме на Осиновой шестнадцать и на съёмной квартире) и поехал на базу, а оттуда — к порталу, посредством которого попал в Екатеринбург.

За этот месяц вестей из столицы было немного. Пару раз мы созванивались с Виктором, обсуждали насущные вопросы. Пока ситуация вселяла оптимизм. Договорённость с мачехой оставалась в силе, да и прочие родственники, пусть и были не слишком довольным тем, что я забираю власть, но и серьёзных возражений против не имели.