А еще тебе нужно знать, что женщины в моем мире белье не часто носят под одеждой в принципе. Оно нужно по медицинским показателям, при занятиях спортом, в экстремальных ситуациях или как элемент сексуальности, и в общем-то все.
Вангьял замер, сердце его застучало быстрее.
– Можно я буду хотеть, чтобы ты скрывала себя от глаз других мужчин? – осторожно проговорил ревнивец.
Я улыбнулась и прошептала:
– Да. Сделаю, как ты хочешь.
Непроизвольно его объятия стали крепче.
– Могуэй.
– Мм?
– А этот твой Мак сейчас нас слушает?
Отвечая на этот вопрос, от смеха уже не удержалась.
Вангьял был самым очаровательным мужчиной в моей жизни.
– Нет, каюта – это личное пространство. Только если я напрямую связь с ним сюда сама переведу, тогда он будет слушать и запись вести.
Вангьял издал невнятный грудной звук, больше похожий на урчание.
– А твоя верхняя одежда тоже здесь есть?
– Есть.
Воин силы, к моему неудовольствию, зашевелился, бережно переложил меня со своей груди на кровать и встал.
– Там? – Он указал на открытую дверь гардероба.
– Да.
Следующие минут двадцать он внимательно, я бы даже сказала, придирчиво изучал содержимое ящиков и вешалок. В отличие от любопытного мальчика, я впервые за долгое время находилась на своей территории, ощущала себя в полной безопасности и оттого дико хотела спать. Пока он копался, я задремала, но полноценно уйти на отдых мозгу не позволила, ждала вердикта. К моему несчастью, судья попался дотошный, так что я не выдержала и, глядя на его затылок сквозь ресницы, заговорила первая:
– Что ты там думаешь?
Вангьял оглянулся:
– Тут нет платьев и юбок.
– У меня дома есть летние и пара вечерних, но с тобой явно придется договариваться, чтоб их носить. – Я усмехнулась и начала проваливаться в полноценный сон. Выводы наконец-то прозвучали, и усталость взяла свое.
– Забава, я не веду переговоры. Я ставлю условия.
Я улыбнулась лукавому упрямцу, потом подумала нечто очень странно сформулированное: «наивная янтарная конфетка».
Еще про себя отметила, что эмоции мои к Вангьялу с каждым днем приобретали все более странные оттенки. Почему я вдруг решила, что он похож на конфетку? Тридцатилетний высокий мужчина, в два раза сильнее меня, подготовивший смену власти в стране, с телом, вдоль и поперек покрытым шрамами, умный, властный, категоричный… Список можно было не заканчивать. Но внутри меня на все эти эпитеты уперто рождались только две ассоциации: сладкий и милый.
