– Думаешь, ты во мне только потому, что у меня нет иного выбора?
Он выгнулся, испытывая болезненное наслаждение от происходящего.
– Я никогда не стану подчиняться тому, кому не хочу подчиниться.
Это я уже произнесла ему в губы. Он вдруг улыбнулся:
– Тебя смешат наши вещи.
Я нахмурилась, не сразу поняв, о чем он. Потом рассмеялась.
– Да. Немного. Они непривычные, простые и очень большие. Очень-очень большие, – растягивая слова, проговорила я.
Вангьял открыл глаза и внимательно взглянул на меня.
– Ты рычишь и шипишь, как дикий зверь.
Даже когда говоришь на моем языке.
С нескрываемым наслаждением запустил пальцы в мои волосы.
– Синяя, хищная, независимая… Ласковая. Пойдешь утром со мной.
– Куда? – формулировку его последней фразы пропустила мимо ушей. Если человек рос в положении «хозяина», то иначе высказанных просьб ждать не стоит.
– В совет промышленников.
– Зачем?
– Я так хочу.
Я рассмеялась:
– Весомый аргумент.
– Переведи, – нахмурился он, услышав мое «рычишь и шипишь».
– Не переведу.
То, что я его по-детски дразню, понял. Схватил меня за талию и пересадил на пол – на этом этапе я вновь смеяться начала. Сохранять серьезную мину не получилось. Когда вскочил на ноги сам и меня резко на руки подхватил, я взвизгнула. И еще сильнее запищала, когда изобразил, что сейчас уронит. И уронил.
На кровать. Точнее, изобразил, что уронил. Потом щекотать начал. Я заливалась смехом, пищала и пыталась вывернуться.
– Так и будешь насмехаться надо мной? – с улыбкой приговаривал он. – Все равны у тебя? А на нас смотришь сверху вниз.
Я резко прекратила смеяться, замерла и растерянно уставилась на Вангьяла.
– Правда смотрю?
Он больше не щекотал. Сидел надо мной, опершись на руку, и просто ласково улыбался, глядя на мое лицо.
– Да. Надменно, свысока, иногда с ужасом, брезгливо."
"Уточнила значение последнего слова и озадачилась.
– Но это лучше, чем когда ты нас не замечала.
– Я не замечала? – смысл слов знала, а вот значение фразы не поняла.
– Ты не помнишь. – Вангьял осторожно надавил мне на нижнюю челюсть, заставив закрыть рот.
Оказалось, я от удивления его открытым держала. – Из леса я отвез тебя в дом судьи. Ты молчала, внимательно и очень равнодушно наблюдала за всем вокруг и никому не позволила к себе притронуться. Врача ты ударила…
– Я?
Он рассмеялся моему искреннему удивлению:
– Врач пытался тебя усмирить. К счастью, он оказался обидчивым и лечить тебя отказался. Когда привезли другого, я понял, что помощь тебе уже не нужна.
