Сладкие звуки речей их сводят путника с ума…
Я лизнула его палец, и он сбился с мысли.
– Чары их ласк лишают сна и покоя…
Я чуть пошевелилась и надавила бедром на его пах, Вангьял со стоном выдохнул, снова потеряв нить повествования. Он лежал подо мной обнаженный по пояс и играл со мной в нечто чувственное и потрясающее. Только отвечать достойно я пока не умела, поэтому действовала больше интуитивно, исходя из собственных ощущений.
– Взглянешь ей в глаза – лишишься тела и духа своих, и будет вечно играть она твоим разумом.
И не будет тебе больше жизни без Могуэй. И в свете лун ты станешь бродить за ней следом, послушный и беспомощный…
Я отпустила его палец. Послушный и беспомощный? Эта мысль понравилась мне больше всего.
– Забери меня снова, – прошептал он хрипло. – Сама. Не потому, что этого хочу я, а потому, что этого хочешь ты.
На последнем слове он закрыл глаза и задержал дыхание. Его желание я ощутила столь же остро, как свое собственное. Я приподнялась, оперлась руками о помост, служивший нам кроватью, и склонилась к его губам.
Почувствовав мое дыхание совсем близко, он приоткрыл их.
– Сними одежду, – велела я.
Не открывая глаз, Вангьял поспешно исполнил приказ. Я немного отодвинулась, дабы освободить ему пространство, а заодно открыла себе вид на его восхитительное, сексуальное тело. Соблазнительный, сильный… Я протянула руку, коснулась его груди, заставив вздрогнуть, и заскользила пальцами вниз. Невероятный, неповторимый мужчина с желтыми, как янтарь, глазами.
Очертила мышцы его живота, коснулась паха. Вангьял выдохнул и немного выгнулся. Чувственный и нежный…
– Забава, – позвал он едва слышно.
Нетерпеливый.
Я скинула мужское платье, что служило мне ночной сорочкой, и забрала такого беспомощного воина силы. Он застонал хрипло, протяжно, когда я медленно опустилась сверху, погружая его в себя как можно глубже, а затем приподнялась. Его руки сжали мою талию, непроизвольно направляя мои движения, стараясь изменить их темп.
Я усмехнулась. Нет, мой непослушный воин, ты будешь терпеть и подчиняться мне."
"Стараясь не потеряться в болезненном наслаждении, я продолжила мучить его. Он выгибался и стонал и с мольбой шептал мое имя снова и снова, я наблюдала за ним из-под ресниц и тонула в том удовольствии, которое дарили мне его мучения и он сам.
Я чувствовала его в себе, и больше не было ничего, только его движения, его страсть, его сила.
