Онлайн-библиотека книг
Хозяйка развернула кресло и покатила к письменному столу.
– Значит, так, слушай, Ваня. Влезли мы в страшное дело, кто-то, совершенно безжалостный, убирает людей одного за другим. Я абсолютно уверена, что все смерти связаны между собой: сначала Алена, потом Илья, затем Марина…
Так, у Элеоноры начинается профессиональная болезнь детективов: подозрительность. Психиатру окружающие люди кажутся сумасшедшими, а сотруднику правоохранительных органов – преступниками.
– Нора, – попытался я вразумить хозяйку, – Алена утонула.
– Ее убили, – с тупым упрямством повторила Элеонора, – хитро, очень хитро, но преступник не учел одной ма-а-аленькой детальки! Все задумал ловко, машину столкнул, сам в воду влез, намок, руки исцарапал, но негодяев губят детали.
Я так и сел.
– Вы полагаете, что Алену убил Илья?! Но он же приходил сюда с ней, к нам, просил найти того, кто покушался на жизнь девушки!"
"– Похоже, он не слишком-то обрадовался встрече со мной, – процедила Нора, – сначала сидел в машине, явился позже и все повторял, что кастрюля с кислотой и пакет с молоком случайности.
Нора замолчала, закурила и, выпустив струю едкого сизого дыма, продолжала:
– Ты не знаешь того, что стало известно мне.
– Вот видите! Ничего странного.
Нора порылась на столе, вытащила листок.
– Слушай. При вскрытии грудной полости обнаружены так называемые «барабанные» легкие.
– Что?!
– Ладно, объясню проще. Если человек утонул, в его легких находится вода. Ясно?
– Более или менее.
– Вот! И у Шергиной тоже, – кивнула Нора, – жидкость взяли на анализ – обнаружили, что Алена утонула именно в этой речке.
– Правильно, мы же об этом давно знали.
– А теперь получили подтверждение, – кивнула Нора, – на мой взгляд, ситуация обстояла следующим образом. Илья сначала утопил Алену, а потом изобразил несчастный случай. Прибежал в больницу. Вспомни, доктор говорил, что у него нет особых травм, только шок и исцарапанные руки. А ведь автомобиль падал с довольно большой высоты. Отчего он не разбился?
– Случаются иногда странности, люди выживают и в более страшных катастрофах.
– Нет, Ваня.
