Институт благородных дэвров, или Гувернантка для варвара

Потом от этого клубка отлепилось нечто кудрявое, звонкое, босое и полуголое, и радостно заверещало:

– Тави?!.. – обезьянку я узнала лишь по голосу.

Эта маленькая чертовка, что лишь по недоразумению числилась младшей леди Ригель-Войц, повисла на мне и уже пихала в мой рот какие-то ягоды, в соке которых была перемазана с ног до головы.

Я хлопала глазами, наблюдая, как два года моих усилий на поприще воспитания рассыпались в прах. Какой-то доброхот аккуратно ухватил Тави под мышки одной ладонью, отцепил от меня эту таракашку и поставил на землю.

– Ой, тесса Аурелечка! Так здоровски, что вы приехали! Тут вот прям ваще! А катаракта сказал, что не приедете! А вы взяли, и да! Мальчишки тут дурацкие, конечно, но умеют рата-роа ловить! И мне показали! И рыжих среди них нет! Ещё ягоды будете? Мне баба-матеи сказала, что катаракта ароху потерял, поэтому злой приехал! Я завтра тоже пойду рата-роа ловить, поищу ему заодно его ароху, раз обронил! А Ти – дура! Говорит, что босиком нельзя ходить! А босиком-то в самую масть, да ведь, дяденька? А ты кто, кстати? Я тебя не знаю ещё! Ух, какие у тебя волосы беленькие! А-аа, ты, наверное, дови Ингрид дяденька! Она тоже беленькая как ты, и сына очень-очень ждёт! Ой, а вот и катаракта!.

Не успела я обернуться, как наткнулась на горящие синие глаза кайарахи. Я отвела взгляд, но успела подметить, что в них плескалось явное недоумение пополам с удивлением.

– Господин Риедарс, – я присела в неглубоком книксене. Выражая почтение правителю чужих островов, на землю которых я ступила. Подчёркивая разницу в положении. Будто и не сверкали эти глаза два дня назад, требуя от меня невозможного. – Безмерно благодарна за ваше приглашение и возможность посетить удивительную страну Дэврети.

– Гость у дэвра – радость в его фаре, – торжественно прорычал он, с хрустом стукнув себя в грудь. Видимо, тоже церемониальная фраза. И добавил совсем просто и негромко. – Приехала, значит, тесса.

– Надеюсь, мы не доставим вам хлопот, – ещё успела пискнуть я.

А кайарахи уже подхватил мою поклажу, сгреб другой рукой пищащую от восторга Тави, пересадил себе на шею, словно котёнка, и рыкнул на Юна:

– Беги, малой, матушка-то заждалась уже.