Институт благородных дэвров, или Гувернантка для варвара

– Уж кому-кому, а дэврам эти ваши титулы вообще ни на кой не сдались! Сердцем они выбирают, а не за внешность и не за богатства! И если дови сама нос воротит, то последнее дело – силой её брать!

Девицы от моего беспрекословного тона притихли. Да, вот и тесса Минци проснулась. Передо мной будто снова были мои маленькие ученицы, а не совершеннолетние аристократки. И я просто начала рассказывать им о Мота Нуи, где царит вечное лето, а золотые пески омывает ласковый океан. О смешливых и абсолютно счастливых дови.

О деревянных резных домах удивительной красоты и бьющих из-под земли горячих источниках. О волшебном озере Таупо на вершине потухшего вулкана, которое лечит раны и прогоняет печали. О говорящих птицах и зарослях орхидей…

Боги, я даже не представляла, насколько сама успела полюбить те места! И уже соскучиться по ним. У нескольких девиц обеспокоенное выражение лица сменилось на мечтательное. А я говорила, говорила, говорила…

– Так это правда… Что вы… ну… тоже по любви? – тихо спросила Мариэлла.

– По взаимной?

– А у дэвров по-другому не бывает, – улыбнулась я.

– Агась, – рыкнул Чёрный Вепрь, бесшумно возникнув позади девиц. – Чего трясётесь-то, красавицы? Атаранги-мана всем дови верховная мать. Чо ж, ещё за парочкой ваших не присмотрит, что ль…

Досуг дорогих гостей был расписан едва ли не поминутно – дворцовые устроители расстарались. Только для воинов, не привыкших к светской жизни, все эти развлечения были на один вкус. И довольно пресный. Фуршеты, прогулки, выезды, очередные представления местной знати, театр… Впрочем, лицедейское искусство им неожиданно понравилось.

Правда, кажется, они не до конца поняли, что сюжет выдуман, и приняли происходящее на сцене за чистую монету. Героя-антагониста актёрам пришлось отбивать всей труппой от толпы варваров, возжелавших немедленного возмездия для злодея…

Воины явно скучали. Неизменно радовал их лишь королевский повар (озолотившийся в буквальном смысле слова на дэвровом аппетите) и встречи с леди.

Но те происходили под неусыпным надзором старших дам – их родственниц, а то и сама королева следила, чтобы все приличия были соблюдены.

Удивительно, но самым смелым оказался Юн. Он почти каждый день прогуливался под руку со своей «беляночкой» Карлоттой в строго оговорённые часы. И, казалось, его совершенно не смущала ни перекошенная физиономия герцога Овильштанда, ни посмеивающийся принц Альберт, что неизменно шли следом, оберегая честь дочери и кузины.