Институт благородных дэвров, или Гувернантка для варвара

И вашу любовь я полностью разделяю. Хотите, поиграем вместе?

– Я… В общем, я хотела вам предложить… Госпожа Ризе сказала, что вам не хватает музыкального сопровождения в вашем благородном деле обучения этикету этих достойных мужчин… И… вы же лучше всех знаете, что пристало девицам делать, а что нет… Даже маменька моя так сказала. В музыке и танцах ведь нет ничего неприличного?

Я еле сдержалась, чтобы не расцеловать их обеих в щёки. Ай да Мелли! И мне помощницу сыскала, и бедняжке Магрете развлечение нашла.

Вот радость-то ей была годами сидеть дома, теряя последние надежды.

– Уверенности ей в себе не хватает, – шепнула мне на ухо Мелли, пока наша гостья настраивала гитару. – Мамаша совсем затюкала, чуть не в лицо её дурнушкой величает. Глазки вон совсем потухшие. А как играть начнёт – так действительно светится, это ты верно подметила, Ари. А я уж тут словечко, там ты второе добавишь, авось и вытравим из неё тревогу эту… Представляешь, ущербной себя считает, дурочка этакая. Расстаралась же мамаша… Ну да я научу эту малютку, что прежде саму себя полюбить надо, а там уж и остальное прилепится…

– Мелли, – я поразилась этой доброте и чуткости.

– Да вам самой в тессы идти надо было! А лучше в целители душ – слышала, в Астеви-Раше это сейчас очень модно…

– Да скажешь тоже, – буркнула Имельда. – Стану я все ваши фразочки да протоколы запоминать… Я-то женщина простая, из книжек только романы и читала. А малюток жалко. Это ж вы, тессы, из этих утят лебёдушек растите, а я так – пригляжу, соломки набросаю, под крылышком погрею.

По клювику иногда щёлкну, не без того – чтобы не совали, куда не надо.

– Какая же вы удивительная женщина, госпожа Ризе, – улыбнулась я. – Если Николас снова начнёт мне жаловаться, то отныне я на вашей стороне.

– Ну и лиса ты, Ари, – отмахнулась порозовевшая Мелли. Но клюнула меня в щёку, приобняв.

Дэвров я наконец обрадовала тем, что скоро мы сможем приступить к танцам. И взяла с них слово, что никто не станет смущать нашу гостью своими сомнительными комплиментами или громким рёвом, что даже ни одним смешком не напугает её.

Раскатистое рычание кайарахи позади меня (боги милостивые, подкрадывается он бесшумнее кошки!) придало дополнительный вес моей просьбе.

Красная от смущения Магрета устроилась с гитарой на вынесенном стуле, откинула тонкие светло-рыжие косы. Имельда, глубоко вздохнув, покачала головой, но тоже вышла из домика. Оставить свою «малютку» одну она никак не могла.