— Я ничего лишнего не считаю, товарищ Белявский, — уверенно сказал он, — это дело следственных органов выяснить, что же на самом деле произошло в вашем музее.
Анатолий Алексеевич угодливо кивнул:
— Разумеется…
— Так кто ведет следствие? — задал вопрос Забродов.
— Капитан Клюев.
Илларион Константинович достал из кармана куртки записную книжку и ручку.
— Из местного участка или из МУРа? — записывая фамилию следователя, спросил он.
Белявский пожал плечами:
— Не знаю.
— Ладно, это не проблема — разберемся, — пообещал пенсионер, потом внимательно осмотрелся, словно что-то потерял в выгоревшем помещении, но, так и не найдя ничего, положил в карман куртки записную книжку с аккуратно вложенной в нее ручкой и усталым голосом произнес: — Ладно, Анатолий Алексеевич, не прощаюсь, скоро увидимся.
— Как скажете…
— Вас подвезти или вы останетесь? — поинтересовался у притихшего художника Забродов.
Самусенков растерянно пожал плечами и посмотрел на начальника.
— Анатолий Алексеевич, я вам нужен сегодня? — спросил он у Белявского.
"
"У чиновника были некоторые планы, связанные с Самусенковым, но после столь неожиданного разговора с Забродовым ему необходимо было собрать мысли и попытаться разобраться в том, что же произошло и, черт его побери, кто этот седовласый незнакомец…
— Нет, Александр Иванович, отдыхайте! На сегодня вы свободны, — вежливо ответил реставратору заместитель директора музея. — Жду вас завтра с утра!
Александр облегченно и радостно вздохнул:
— Спасибо! До свидания!
Анатолий Алексеевич болезненно выдавил улыбку:
— Всего хорошего!
— Спокойной ночи! — попрощался Забродов и, взмахнув рукой, вышел из реставраторской.
Худощавый художник-реставратор также не стал задерживаться в мастерской и последовал за пенсионером. Белявский провел взглядом полуночников и задумался, решая, что предпринять в создавшейся ситуации…
Глава 11. Ночной звонок
Поздний звонок не застал врасплох полковника Соловьева.
— Слушаю!
— Это я тебя слушаю, полковник! — раздался жесткий голос патрона.
— В каком смысле?
— В простом. Почему не докладываешь, как продвигаются дела?
— Нормально!
— Нормально — это пустой звук!
Соловьев замялся и вдруг решил сообщить о надоедливом седовласом сыщике.
— Все идет своим ходом, — сказал он, — хотя есть такие, кто сует нос в наши дела.
— Кто?
— Да один пенсионер, — ответил Соловьев, — некто Забродов Илларион Константинович, бывший полковник ГРУ.
