— Поговорю, — пообещал опытный разведчик, — и до Димки дойдет дело! Дай только срок…
— А что, Ларик, у тебя уже есть какие-то версии, предположения, зацепки? — загорелся Гуреев.
Забродов уклончиво отвел глаза.
— Версии всегда можно строить, можно предполагать, — пробормотал он, — но, как говорят, человек предполагает, а Бог располагает.
Гуреева такой ответ приятеля не удовлетворил, и он открыл рот, собираясь задать новый вопрос, однако сделать это ему не довелось. Неожиданно зазвонил сотовый телефон.
— Извини, Костяныч, — тихо произнес инструктор спецназа ГРУ и, достав из кармана мобильник, приложил телефонный аппарат к уху:
— Але…
Отозвался приглушенный сипловатый мужской голос:
— Константинович?
Илларион узнал голос Иосифа Говоркова.
— Я…
— А это я — Говорков! — тихо сообщил новоявленный сыщик.
— Я понял, Петрович, — повысил голос полковник в отставке. — Говори громче, тебя почти совсем не слышно!
— Не могу… — последовал ответ Пинкертона.
— Почему?
— Я в засаде, товарищ полковник…
Илларион Константинович удивленно посмотрел на Гуреева, словно тот мог знать, про какую такую засаду идет речь. Однако бородатый хозяин мастерской не только не знал ничего о засаде, но не знал и самого Иосифа Петровича Говоркова…
Глава 5. Доклад Говоркова
Говорков, обежав полпарка, вернулся и, спрятавшись в кустах, осторожно выглянул в аллею. Два здоровых мужика что-то искали возле лавочки, где спартаковец обнаружил труп Варенцова.
— Ну что — нет?
— Нет.
— Лучше ищи!"
"Бандиты старательно разгребли молодую зеленую траву, однако так ничего и не нашли. Рыжеволосый бугай раздраженно сплюнул мокроту на землю.
— А может быть, этот бомж забрал шприц? — предположил он.
Татарин мотнул головой:
— Вряд ли, хотя, по правде сказать, всякое может быть… Да и этот седой мужик мне не понравился…
Разумеется, сыщик не мог слышать, о чем говорили бандиты, однако по их понурым физиономиям понял, что дело у них не клеится.
— Попались голубчики, — злорадно усмехнулся он.
Говорков достал мобильник и набрал номер телефона…
* * *Через несколько секунд в мобильном аппарате раздался знакомый голос соседа, который, похоже, был чем-то расстроен:
— Але…
— Константинович?
— Я…
— А это я, Говорков, — приглушенным голосом сообщил сыщик.
— Я понял, Петрович, — повысил голос Илларион.
