— Привет, Петрович! — поздоровался с соседом полковник Забродов.
Иосиф Петрович с трудом поднял большую кудлатую голову и, тряхнув ею, радостно улыбнулся.
— Кон-стан-тинович… — заплетающимся языком выдавил из себя Говорков и раскинул руки — то ли от удивления, то ли для того, чтобы обнять Забродова. — До-ро-гой мой! Каким ветром…
При этих словах Говорков едва не упал, но Забродов успел его подхватить.
— Попутным ветром, гражданин Говорков, — раздраженно ответил Забродов и добавил: — А теперь им же мы отправимся домой.
Иосиф Говорков покорно опустил свою кудлатую голову на грудь.
— Отправимся, — согласился он, но вдруг остановился и посмотрел на полковника своими маленькими мутными глазками. — Только, может, сначала по пивку? Так сказать нужно поправить здоровье…
— Да от тебя, Петрович, из самого, как из пивной бочки, несет, — волоча соседа сквозь плотные ряды алкашей, недовольно произнес Забродов.
Иосиф Говорков обиженно затряс головой и даже стал упираться ногами.
— При чем здесь я! — возмутился он.
— Ты же сам, Константинович, приказал мне найти Митьку и держать его при себе!
Полковник Забродов, недовольно и грустно вздохнув, укоризненно покачал своей седой головой:
— Держать, но не напиваться до скотского состояния.
— Да разве его удержишь без ста граммов, — громко воскликнул Говорков.
— Ладно! — сказал Забродов и потащил Говоркова к выходу, при этом он успел бросить взгляд назад, где дворник Ахмет тащил второго алкаша.
— Как ты там, Ахмет? — поинтересовался Забродов.
— Нормально, Константинович, — успокоил отставного полковника дворник.
— Тогда догоняй нас, — сказал Забродов и вышел с Говорковым на улицу.
Ахмет тоже долго не церемонился с Митькой, и, когда тот стал озадаченно озираться по сторонам и упираться, татарин дал ему пинка.
Митька удивленно взглянул на Ахмета и, узнав татарина, спросил:
— А куда мы плывем, Ахмет?
— В теплые края, — машинально ответил Ахмет.
Как и предполагал дворник, Иосифа Говоркова и его приятеля Митьку пришлось грузить в черный бьюик, как дрова.
Однако Илларион Константинович справился с этим быстро. Распахнув заднюю дверцу автомобиля, он втолкнул туда Петровича. А с другой стороны они с Ахметом втиснули ценного свидетеля Митьку. Было, правда, сомнительно, что этот Митька сможет что-нибудь вспомнить, а тем более рассказать. Но выбора у них не было.
— Илларион Константинович, — размахивая рукой, начал оправдываться Говорков, — я выполнил твою просьбу.
