Инсургент

 — Тебя может стошнить, если не перестанешь есть так быстро.

Линн бросает на него сердитый взгляд.

— Меня и так стошнит с вами двумя и вашими гляделками.

Уши Юрая краснеют."

"— О чём это вы говорите?

— Я не идиотка, никто из нас подобным не страдает. Почему бы тебе просто не объясниться с ней и покончить с этим?

Юрай выглядит ошеломлённым. Однако Марлен, глядя на Линн, наклоняется и крепко целует парня в губы, скользя пальцами по его шее под воротником рубашки. Я замечаю, что вся еда с моей вилки падает, так и не достигнув рта.

Линн берёт поднос и встаёт из-за стола.

— Что это было? — интересуется Зик.

— Не спрашивай меня, — отмахивается Гектор. — Она всегда на что-нибудь злится. Я уже давно не пытаюсь за этим проследить.

Лица Юрая и Марлен по-прежнему совсем рядом, и они по-прежнему улыбаются.

Я заставляю себя глядеть в тарелку. Так странно видеть пару людей, с которыми ты познакомилась, когда они были одиноки. Впрочем, я видела такое и прежде. Слышу скрип — Кристина провела вилкой по пустой тарелке.

— Четвертый! — с облегчением зовет Зик. — Иди сюда, есть место.

Тобиас кладет руку мне на здоровое плечо. Несколько его пальцев разбиты, кровь выглядит свежей. — Извини, не могу остаться.

Он наклоняется и говорит.

— Могу я забрать тебя на некоторое время?

Я встаю, машу на прощание тем, кто обратил на это внимание — на самом деле это только Зик, потому что Кристина и Гектор смотрят в свои тарелки, а Юрай и Марлен сосредоточены друг на друге. Тобиас и я выходим из столовой.

— Куда мы идём?

— Поезд, — отвечает он. — У меня там встреча, и мне нужна твоя помощь.

Мы идём по одной из тропинок вокруг стен Ямы в сторону ступенек, ведущих к Пику.

— Зачем там я?

— У тебя получится лучше, чем у меня.

Я не знаю, что ответить. Мы поднимаемся по ступенькам и пересекаем стеклянный этаж. Проходим через комнату, в которой я проходила свой пейзаж страха. Судя по шприцу на полу, здесь недавно кто-то был.

— Ты сегодня проходил свой пейзаж страха? — спрашиваю я.

— Почему ты спрашиваешь? — он избегает моих глаз; открывает входную дверь — тепло и полное безветрие.

— Твои пальцы ободраны, и кто-то явно использовал комнату.

— Именно это я имел ввиду. Ты гораздо понятливее большинства людей, — он смотрит на часы. — Они сказали сесть на тот поезд, что отходит в 8:05. Пойдём.

Я чувствую волну надежды. Возможно, на этот раз мы не будем спорить. Возможно, у нас все наконец-то наладится.

Мы идем к рельсам.