Инсургент

— Калеб зашел кое-что обсудить, — говорит Тобиас, прикасаясь головой к стене и глядя на меня. — А тему метания ножей мы затронули случайно.

— Да, ведь это одна из самых популярных тем, — говорю я, и мои губы растягиваются в слабой улыбке.

Он выглядит таким расслабленным с запрокинутой головой и руками, сложенными на коленях. Мы смотрим друг на друга дольше, чем это принято в обществе. Калеб кашляет.

— В любом случае, мне пора к себе, — говорит он, смотря то на Тобиаса, то на меня. — Я читаю ту книгу, про систему очистки воды.

Парень, который дал мне ее, смотрел на меня, как на психа, когда узнал, что я хочу ее прочесть. По-моему, это руководство по починке, но книга потрясающая. — Он останавливается. — Простите, вы, наверное, тоже думаете, что я псих.

— Вовсе нет, — произносит Тобиас с притворной искренностью. — А ты, Трис, не хочешь почитать руководство по починке? Мне кажется, тебе понравится.

— Могу одолжить, — говорит Калеб."

"— Может позже? — предлагаю я. Когда Калеб закрывает за собой дверь, я одариваю Тобиаса грозным взглядом.

 — Ну, спасибо тебе, — говорю я. — Теперь он мне все уши прожужжит про очистку воды и то, как она работает. Хотя я предпочитаю говорить об этом, чем о том, что его действительно интересует.

— И что это? — Тобиас приподнимает бровь. — Гидропоника?

— Гидро-что?

— Это один из здешних способов выращивания пищи. Ты не захочешь узнать.

— Ты прав, не хочу, — отвечаю я. — О чем он пришел поговорить с тобой?

— О тебе, — поясняет он. — По-моему, это был разговор старшего брата: «Не валяй дурака с моей сестрой».

И все в таком духе.

Тобиас встает.

— И что ты ему ответил?

Он подходит ко мне.

— Я рассказал ему о том, как мы сошлись. Вот так мы и пришли к теме метания ножей, — говорит он. — И я сказал, что не валяю дурака.

Я чувствую тепло во всем теле. Он обхватывает мои бедра руками и нежно прижимает к двери. Его губы находят мои.

Не могу вспомнить, зачем я вообще сюда пришла.

Но мне все равно.

Я обнимаю его здоровой рукой, притягивая к себе. Мои пальцы находят край его футболки и скользят под нее по спине.

Он такой сильный.

Он целует меня снова, теперь более настойчиво, его руки на моей талии. Его дыхание — мое дыхание, его тело — мое тело, мы так близко, что нет никакой разницы.

Он отстраняется всего на несколько сантиметров. Я не позволяю ему увеличить расстояние.

— Ты не за этим пришла, — говорит он.

— Нет.

— Тогда зачем?

— Какая разница?

Я вожу пальцами по его волосам и тянусь своим губами к его.