Инсургент

— Данные имеют первостепенное значение, — продолжаю я, стараясь говорить высокомерно, как некоторые из Эрудитов, которых я встречала. — Не хочу оставлять их на растерзание пулям.

— Вряд ли мое присутствие поможет вам придти в себя, — замечает она. — Теперь, если вы меня извините, я помою руки и спрячусь.

— Звучит неплохо, — отвечаю я, решая не говорить ей про туалетную бумагу на обуви.

Поворачиваюсь спиной к окну. На противоположной стороне Кристина и Фернандо пытаются поднять лестницу обратно на подоконник.

Несмотря на боль в руках и плечах, высовываюсь в окно и беру другой конец лестницы, фиксируя его на подоконнике, потом удерживаю его на месте, пока Кристина ползет вперед.

На этот раз лестница более устойчива, и Кристина без проблем пересекает проем между зданиями. Она занимает мое место у лестницы, пока я подпираю дверь мусорным баком, чтобы никто другой не смог зайти, и запускаю пальцы в холодную воду, чтобы унять боль.

— Это очень умно, Трис, — говорит она.

— Почему же ты удивлена?

— Просто… — она делает паузу.

 — У тебя предрасположенность к Эрудиции, правда?

— Не все ли равно? — отвечаю я слишком резко. — Фракции уничтожены, все это было глупо с самого начала.

Никогда не говорила ничего подобного, никогда так не думала и теперь удивлена своим мнением, удивлена, обнаружив, что согласна с Тобиасом.

— Я не пытаюсь тебя оскорбить, — замечает Кристина. — Иметь склонность к Эрудиции не так уж плохо. Особенно сейчас.

— Извини. Я просто… напряжена.

Вот и все.

Маркус пролазит в окно и падает на кафельный пол. Кара удивительно проворна, она движется по ступенькам, будто щиплет струны банджо, лишь слегка касаясь каждой, плавно переходя к следующей.

Фернандо последний, и он в том же положении, что и я, с лестницей, зафиксированной только с одной стороны. Я подхожу ближе к окну, чтобы остановить его, если увижу, что лестница соскальзывает.

Фернандо, которому, как мне казалось, будет легко, движется крайне неловко. Он, вероятно, провел всю свою жизнь за компьютером или книгой.

Он ползет вперед, его лицо ярко-красное; он сжимает ступеньки так сильно, что руки идут фиолетовыми пятнами."

"На полпути над аллеей я вижу, как что-то выскальзывает из его кармана. Очки.

Я кричу:

— Фернан…

Но слишком поздно.

Очки выпадают, ударяются о край лестницы и падают на тротуар.

Искренние одновременно поворачиваются и стреляют вверх. Фернандо кричит и падает на лестницу. Одна пуля попадает в ногу.