Разумеется, Хэшпер знал: если не пытаться приблизиться к Сокровищу дракона в первые три дня после обретения им пары, никакой опасности нет. Да и не ели никогда драконы друг друга - в отличие от тех самых степных замблезанов, которые к осени откармливали нескольких членов стаи, а по весне, после спячки, благополучно их съедали.
- Присядь, - Ардашир сам пригласил брата к столу.
Овладеть своими инстинктами генералу удалось в достаточной мере, а тепло Мартеллы, которое он ощущал всей кожей даже через пару слоев шерстяной ткани, успокаивало их еще больше.
Хэшпер медленно и осторожно приблизился к противоположному краю стола, плавно опустился на табурет.
- Ну, приятного аппетита, - взялся за деревянную лопатку, начал накладывать себе на тарелку лепешки с сыром, куски хорошо прожаренного мяса.
Генералу пришлось проделывать все то же самое одной рукой. Но он справился.
- За завтрак я признателен, Хэшпер, но хотелось бы знать, кто на кухне порядок после тебя наводить будет? - проговорил он задумчиво.
Оба истинных посмотрели на Мартеллу. Друг на друга. Снова на Мартеллу…
Она продолжала безмятежно посапывать и даже не догадывалась, какая угроза нависла над ее головой.
- Даже не думай. - Ардашир решительно тряхнул головой, закинул в рот огромный шмат сочного мяса, проглотил, почти не жуя и добавил. - Моё Сокровище не будет заниматься грязной работой!
- Запрешь ее в золотой клетке, окружишь парой десятков прислужниц и заставишь скучать? - хмыкнул Хэшпер. - Судя по тому, что она сбежала из дому, переодевшись парнем, ее такой поворот не устроит.
Ардашир озадачился. Даже жевать перестал. Слова брата ему не понравились - совсем.
- Да я ее завалю подарками! Все мои богатства, любые лакомства, самые дорогие наряды будут у ее ног! Неужели даже после этого она не послушает меня и откажется жить как все делессы ее положения?
- Ох, плохо же ты в женщинах разбираешься, братец! Разбалуешь свою ненаглядную - она сядет тебе на шею и ножки свесит! Вообще слушаться перестанет.
Как давно и счастливо женатый мужчина тебе говорю!"
"Его превосходительство задумался еще больше. Заглянул в личико Мартеллы. Во сне оно выглядело таким милым, нежным, беззащитным. Даже не верилось, что эта тонкая, как тростинка, юная делесса почти три дня морочила ему голову, доводила его до бешенства, вынуждала плеваться огнем… Но факты - вещь упрямая: нахальства его персональному Сокровищу не занимать, как и тяги к приключениям.
