Интерлюдия смерти

Знаешь, что я думаю?

— Что?

— Я думаю, что иногда судьба словно дает тебе передышку. Будто бы говорит: «Ладно, хватит с тебя страданий, пусть и на твою долю выпадет что-то хорошее! Поглядим, как ты будешь после этого жить». — Ева повернулась к Рорку: — Мы с тобой постепенно избавляемся от груза прошлого. Кем бы они ни были друг для друга или для нас, главное сейчас — то, что мы вместе. Только это имеет значение.

— Ева, дорогая, я тебя обожаю…

— Тогда окажи мне услугу. Постарайся держаться от меня подальше примерно пару часиков.

— Согласен, но только при одном условии — будешь на связи. — С этими словами Рорк достал из кармана небольшую украшенную драгоценными камнями булавку с встроенным прослушивающим устройством и микрокамерой и приколол ее к воротнику Евиного платья. — Я буду держать ситуацию под контролем.

— Аудио- и видеозапись незаконны, если об этом не знают все заинтересованные стороны и если они не дали на то своего согласия, исключая случаи, когда на это есть особое разрешение, — напомнила Ева.

— Неужели? — Рорк поцеловал ее. — Вот до чего можно докатиться, если спишь с плохими парнями.

— Слышал об этом?

— Я еще слышал, что больше половины твоих коллег-полицейских ушли, не дослушав выступления Скиннера. Но твоя репутация все еще на высоте, лейтенант. Так что уверен, у тебя на семинаре завтра будет полный аншлаг.

— У меня на… Вот это да! Совсем выскочило из головы! Не буду об этом думать! — пытаясь успокоиться, твердила себе Ева, покидая номер.

Ева незаметно проскользнула в зал, где Скиннер проводил семинар по тактике. Она с облегчением поняла, что пропустила саму лекцию, а пришла уже ко второй части — вопросы аудитории и ответы выступающего. Она двигалась вдоль стены конференц-зала и где-то на полпути от входа нашла свободное место. Ее заметили и проводили долгими взглядами.

Ева оценила обстановку. Скиннер был на сцене, на трибуне. Хэйз стоял позади него и чуть правее по стойке «смирно». А с другой стороны — еще два личных телохранителя.

«Многовато охраны, — подумала Ева. — Причем нарочито много».

Смысл был в том, чтобы продемонстрировать всем окружающим, что Скиннеру угрожает явная опасность — опасны и место, и ситуация. Но он предпринял все необходимые меры предосторожности и по-прежнему на посту.

Очень умно.