Песня в моих наушниках звучала бодро и жизнерадостно — этакий сладенький коктейль из хитов 2003 года. Я подняла голову и обратила внимание, как близко к фонарю в потолке расположена желтая перекладина, за которую я держалась. Стоило только вытянуть палец, и он коснулся пластмассового плафона. Вагон дернуло, и детская коляска поехала сама по себе и повалила на пол стоящие сумки незадачливой мамаши. Я не могла сдержать улыбки. А из другого конца вагона уставился на меня, не отрывая взгляда, какой-то лысый господин.
dimanche, le 4 Janvier
В честь официального события, которое имело место прошлым вечером, Н. надел мне на палец колечко с бриллиантом — нет нужды объяснять, что, конечно же, мотивы его были чисты и бескорыстны. Я все еще сержусь на моего Мальчика и с мужчинами продолжаю держать жесткую линию, в том смысле, что «все мужики — мудаки, когда не платят, а когда платят — вдвойне мудаки». Н.
меня вполне понимает. Он со смиренной учтивостью принял тот факт, что я и его возвела в сан «мудака». Не исключено, что это означает одно: он хочет затащить меня в постель.
Принимали душ и одевались у меня, и перед самым уходом я повязала ему на шею бабочку. Он собирался было нацепить уже готовую, на резинке, но я настояла на своем: настоящая бабочка, да еще повязанная женской рукой, несравненно лучше. И я не хочу, чтоб меня видели в обществе с мужчиной, галстук которого попадает в одну из следующих категорий: пристегнутый, на резинке или с металлической булавкой.
Я не вижу ничего плохого в том, чтобы рядится шутом гороховым, но нужно знать время и место. Мне кажется, времена Чарлза Чаплина канули в Лету."
"По дороге нам захотелось чего-нибудь выпить перед пирушкой, и мы заехали слегка промочить горло в один бар, который хитроумно прятался под другим баром. Там уже сидело несколько участников будущей церемонии, и Н.
представил меня им. Рядом со мной сразу же угнездилась жизнерадостная красотка с волосами цвета воронова крыла.
— Привет! — прогнусавила она. — Меня зовут Т.
Платье ее, казалось, изо всех сил старалось удержать неистово рвущиеся на волю мощные груди. Я не взялась бы с уверенностью утверждать, что оно выдержит напряжение этой полезной работы до конца ночи.
Я бросила Н.
