Эмоции в этой среде демонстрировать очень сложно, их практически нет во тьме, однако я всё равно заметил некое подобие удивления на лице Настоятеля. Вряд ли он ожидал увидеть нас в обличии, подобном своему.
По его правую руку всё так же стоял Николай, а по левую какая-то женщина. Их «генератор тьмы», скорее всего, остался в храме, так же как и наш, на данный момент сидела за спиной, с неестественно широко раскрытой пастью.
Пока отец Сергий одуплял происходящее, мы приступили к действию.
– Вечер в хату, ебать! – прорычал Мутный и мгновенно переместился к женщине.
Выбор вряд ли имел под собой какую-то подоплёку, она попросту стояла напротив, и всё. Его удар вырвал из неё клок тьмы, который наркоман тут же втянул себе в пасть. Он словно выпил его, густой, тягучий, вот только, похоже, вреда не причинил.
Женщина зашипела, но даже не подумала упасть замертво, несмотря на то, что часть дымной плоти была вырвана из горла. Зато она ответила Мутному взаимностью. И пока они без видимого ущерба трепали друг друга, я вступил в бой, используя более весомый аргумент – свои способности.
Частичка света вырвалась из груди, и на Настоятеля обрушился дождь, состоящий из чёрных пик.
Отреагировать он успел в самую последнюю секунду, так же затратив на защиту искру чьей-то души. Похоже, для него это стало неожиданностью, так же как и для меня когда-то. Тем не менее отреагировать он всё же успел.
Пики разлетелись на мелкие осколки и с хрустальным звоном осыпались ему под ноги.
Однако я полагал, что может случиться нечто подобное и успел подстраховаться.
Не успела закончиться первая атака, как тьма ударила Сергия из-под ног. Настоятеля подбросило, и пока он нелепо махал руками, я ударил ещё раз."
"На это отреагировать он уже не успел. Тьма сгустилась, имитируя когти, и развалила его тело на три равные части, а я тут же переключил внимание на Николая, о чём очень быстро пожалел.
Женщина, с которой сцепился Мутный, извернулась, скорее, даже перетекла из одного положения в другое.
Она отбросила наркомана на несколько метров, раскрыла пасть, из которой вылетели две искры. Они словно ракеты с функцией самонаведения устремились к отцу Сергию, ярко полыхнули, и вот он опустился на ноги, уже будучи «склеенным».
Он не ждал ни мгновения, и пока моё внимание было приковано к Николаю, который, запрокинув голову, протяжно выл, на меня обрушился град осколков от поломанных пик, что валялись под ногами Настоятеля.
