– Ебучий дурдом! – закричала Лена и следом со стороны храма донёсся звук ревущего мотора, который вскоре перекрыл девичий предсмертный визг.
Это как-то отвлекло, помогло успокоить смех и сосредоточиться на разговоре. Лена, впрочем, тоже отвлеклась и теперь вместо Тони втыкала в болт, гоняя по нему гайку.
– Значит, нам в любом случае нужен канал сбыта, – снова вернулся я к беседе. – Золото – это, конечно, хорошо, но оружие лучше.
– На хуй оно нам нужно? – поморщился Мутный. – Я и стрелять толком не умею. Зверушки надёжнее, а про твою магию я вообще молчу.
– Да нам понятно, а вот остальным как быть? – развёл я руками. – К тому же сейчас времена такие, без заряженного ствола сейчас даже срать никто не выходит.
– Это факт, – закивала Тоня. – В патроны и стволы стоит вложиться. Их проще менять, хоть на еду, хоть на золото, да и дурь за Калашникова вымутить легче.
– Ха, понял чё? – оживился кореш. – Моя сучка попизже твоей шарит.
– Вообще-то, это моя идея, – напомнил ему я.
– Ой, иди на хуй, – отмахнулся тот.
– Это неважно, вообще. Ну чё, значит, мутим?
Его перебила хлопнувшая входная дверь. Впрочем, мы все замолчали и уставились в сторону выхода, всем стало очень любопытно: кто же там такой припёрся? Буквально через несколько секунд к нам вошёл синеглазый. Весь в крови, даже дождь не смог её смыть."
"– Чё там? – поинтересовался Мутный.
– Ни хуя, – пожал плечами Пётр. – Жертву во славу нам принесли.
– А-а-а, – с пониманием кивнул я и снова развалился в кресле, – Дунешь?
– Ясен хуй, – пацан прошёл в грязных ботинках по ковру и плюхнулся на диван между Мутным и Тоней, на противоположном развалилась Лена, которая продолжала упорно гонять по болту.
– А ты не охуел, дрищан?! – тут же возмутился наркоман. – Иди на хуй в кресло вон то.
– Тебе чё, жалко? – отмахнулся Царь, – Ща въебу чутка и свалю вообще.
– Куда? – с нескрываемым любопытством спросила Тоня.
– В деревню сейчас пойдём, прививать правильную религию, – ухмыльнулся тот. – А то я в прошлый раз что-то забыл совсем.
– Может, ну его на хуй? – вяло опротестовал идею я.
– На хуй нам столько ебанутых фанатов?
– Ебло закрой, – огрызнулся кореш. – Пусть мутит, всё правильно, они должны понимать, кто здесь Бог, а кто хуй соси.
Пётр втянул едкий опиумный дым и захрюкал, пытаясь удержать его в лёгких. Выпустил едва заметное облако и тут же перебрался в кресло, где и обмяк, спустя некоторое время, втыкая в пространство перед собой.
– Так, «крестовый поход» отменяется, – засмеялась Лена.
